ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Евгений Гаглоев – молодой автор, вошедший в шорт-лист конкурса «Новая детская книга». Его роман «Иллюзион» – первая книга серии «Зерцалия», настоящей саги о неразрывной связи двух миров, расположенных по эту и по ту сторону зеркала. Герои этой серии – обычные российские подростки, неожиданно для себя оказавшиеся в самом центре противостояния реального и «зазеркального» миров. Загадочная страна Зерцалия, расположенная где-то в зазоре между разными вселенными, управляется древней зеркальной магией. Земные маги на протяжении столетий стремились попасть в Зерцалию, а демонические властелины Зерцалии, напротив, проникали в наш мир: им нужны были земляне, обладающие удивительными способностями. Российская школьница Катерина Державина неожиданно обнаруживает существование зазеркального мира и узнает, что мистическим образом связана с ним. И начинаются невероятные приключения: разверзающиеся зеркала впускают в наш мир чудовищ, зеркальные двойники подменяют обычных людей, стеклянные статуи оживают… Сюжет развивается очень динамично: драки, погони, сражения, катастрофы, превращения, таинственные исчезновения, неожиданные узнавания. Невероятная фантазия в сочетании с несомненным литературным талантом помогла молодому автору написать книгу по-настоящему интересную и неожиданную.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его взяли на оружейную фабрику Повелителя Кукол, и со временем он дослужился до управляющего на верфи по постройке дирижаблей. Потом его скромной персоной заинтересовались в военном министерстве, и так он стал одним из изобретателей-оружейников при дворе Императора.

Поначалу к нему отнеслись с пренебрежением и опаской, но затем начали доверять. На это ушло несколько лет. Никто и не подозревал, что он стремился попасть во дворец только с одной целью. Он мечтал завладеть легендарным хрустальным ключом – наследием былых времен, одним из трех проклятых артефактов. Из-за него он и оказался в этом мире.

Ключ хранился в императорских покоях, в небольшой шкатулке. Изящный, искусно сделанный из лучшего хрусталя, покрытый узорами из множества миниатюрных змеек, он был накачан магией до такой степени, что при прикосновении к нему кончики пальцев слегка покалывало, словно от слабых электрических разрядов. Воров верховный правитель Зерцалии не опасался – кто рискнет вызвать на себя гнев Властелинов!

Никто, кроме того, у кого ключ лежал сейчас в кармане…

Человеку, вхожему в императорские покои, взять ключ было несложно. Сложно было уйти с ним живым. Но он знал, как это сделать.

И теперь, подгоняемый шквалистым ветром и мощным ревом сирены, он бежал изо всех сил, петляя по узким улочкам…

Наконец-то он покинет этот странный и такой зловещий мир и вернется домой! Туда, где он был счастлив, богат и знаменит, имел массу поклонников, где давно уже выросли его дети… Где людей не используют в качестве рабов и пищи, а власть не принадлежит черным магам и их жутким слугам.

Вспоминая события, благодаря которым он оказался здесь, беглец не раз проклинал свою былую гордыню, а еще глупость и неосмотрительность. И женщину, любовь к которой в конце концов искалечила его жизнь. Знай он тогда, чем все обернется, обходил бы особняк Державиных за тридевять земель, а красавицу Маргариту навсегда вычеркнул бы из списка своих знакомых. Но прошлого уже не вернуть, остается только смириться.

Квартал богатых особняков остался позади. Теперь дорогу с обеих сторон обступали высокие зубчатые стены, увешанные зеркалами в тяжелых серебряных рамах. На каждом углу лабиринта возвышались отлитые из черного стекла статуи рыцарей, вооруженных острыми мечами и алебардами. Демоническая гвардия Властелинов Зерцалии, готовая в любой момент сойти с высоких постаментов и броситься на врага. Хорошо, что лишь самым сильным магам этого мира было подвластно пробудить их к жизни!

Он бежал между зеркал, а справа и слева от него, также тяжело дыша, неслись, уходя в бесконечность, ряды его двойников. Но когда они вдруг стали отставать, его охватил настоящий ужас. Большой кусок черепицы разлетелся у его ног, но беглец не обратил на него внимания.