Она так много делала для меня, и сейчас я хочу сделать что-то для неё. И ещё очень хочу, чтобы меня перестала разъедать совесть.
Денис кивает, затягивается снова.
– Я понимаю… Наверное. Только себя мне куда деть, Маш? Я же говорил, что у меня к тебе всё серьёзно. – Он выдувает густую серую струю вверх, и его голос звучит хрипло. – Я люблю тебя. С этим мне что делать?
Грудную клетку начинает ломить от застывшего воздуха, я не могу ни говорить, ни вздохнуть. Почему всё так? Почему жить так сложно? Две самые дорогие вещи в моей жизни – это моя семья и мои чувства к нему. Почему мне нужно выбирать между ними?
– Я не знаю, что тебе ответить, – я отворачиваюсь, чтобы стереть слёзы, которые Денис всё равно успел увидеть. – Больше всего на свете я хочу попросить тебя подняться ко мне. Но мне нужно быть взрослой и нести ответственность за свои поступки. А я знаю, что завтра я об этом пожалею. Скажи, что мне с этим делать?
Денис выбрасывает сигарету и шагает ко мне. Его пальцы обхватывают мои щёки, стирают слёзы, которых от его близости с каждой секундой становится больше.
– Мне жаль, что ты так чувствуешь, малыш. Я эгоист, так переживать за других не умею. Ну или, может быть, у меня просто не было сестры… С Олегом у нас всё проще. Нужно время тебе – я его дам. Ты просто подумай хорошо, от чего отказываешься.
Я сжимаю веки, чтобы остановить поток слёз, и пытаюсь отойти назад. Не получается – он держит крепко.
– Я не хочу тратить твоё время.
Денис прижимается к моим губам, и я ему отвечаю. Поцелуй выходит солёным и пропитанным горечью никотина. Таков вкус прощания.
– У меня другого выхода нет, Маш. Придётся ждать.
49 Маша
49 Маша
– Мариш, ну ты к нам заедешь сегодня? – осторожно уточняет мама. – Папа за уткой к фермерам уже поехал.
– Мам, не смогу. Извини, пожалуйста. Я в выходные заеду, хорошо?
– И чем ты в свой день рождения будешь заниматься? С девочками хотя бы увидишься?
Я закусываю губу и с силой сжимаю карандаш. Я планировала провести вечер перед телевизором дома, но, если сказать об это маме, она непременно начнет переживать. Она знает о моем расставании с Денисом, и хотя тактично его не комментирует, всё равно волнуется.
– Мы что-нибудь придумаем, – отвечаю уклончиво. – Я позже папе позвоню, извинюсь. Мам… Марго тебе звонит?
– Звонит иногда. Вчера с ней разговаривала.
– И как она?
– В понедельник летит в Брюссель, ей на работе выходные дали. Голос вроде бы бодрый.
– Обо мне не спрашивала?
– Мы недолго разговаривали.
Я закусываю губу, а мама мягко добавляет:
– Мариш, ей время нужно.
– Да, я понимаю.
– С днём рождения, дочь. В выходные тебя ждем.
Я всегда любила свой день рождения, не любить его просто не было поводов.






