ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я тот, кто возомнил себя судьей, палачом, Богом. Прайм, способный подавить волю любого альфы. Но упиваясь вседозволенностью, забыл о главном: большая власть — большая ответственность, и расплата за ошибки не заставит себя ждать. ... Хватит ли сил исправить то, что натворил? Сумею ли вернуть ту, что дороже всех на свете? Или древние законы не прощают промахов? Разорванная пара Маргарита Дюжева Я тот, кто возомнил себя судьей, палачом, Богом. Прайм, способный подавить волю любого альфы. Но упиваясь вседозволенностью, забыл о главном: большая власть — большая ответственность, и расплата за ошибки не заставит себя ждать. Хватит ли сил исправить то, что натворил? Сумею ли вернуть ту, что дороже всех на свете? Или древние законы не прощают промахов? Пролог Пролог Утро началось с тревоги, с тоскливого предчувствия, ожидания неминуемой беды, притаившейся на пороге, наблюдающей за мной своими темными, бездонными глазами. Сев на кровати, не глядя, нащупала тапки, мечтая только об одном — забраться обратно под одеяло, прикрыть глаза и провалиться в пустой, невзрачный сон. С трудом переборола желание позвонить на работу, сказать, что плохо себя чувствую и отпроситься, чтобы провести день наедине с собой, спрятавшись от всего мира. Нельзя. Надо идти вперед, даже если ничего не хочется, ни в чем нет смысла. Надо. За меня никто этого не сделает. Тем более сегодня — суббота, и маленькая библиотека, в которой я работала, открыта только до двух. Переживу как-нибудь. Заставила себя подняться и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Все те же домики с маленькими палисадниками, разбитыми под окнами, те же кусты вишни, усыпанные розовеющими ягодками, та же грунтовая дорога, шелестящая под ногами.

Все по-прежнему.

Как в бреду, шагаю к своему дому, не слыша ничего вокруг за гулом крови в висках, уже понимая, что я здесь не одна.

Зайдя на крыльцо, пытаюсь дрожащими руками найти в сумочке ключи. Их нет. Как назло вывалились из маленького кармашка на дно, спрятавшись в бесконечных мелочах. Шарю рукой, пытаясь нащупать, слышу их насмешливый звон.

…За спиной раздается звук закрывающейся дверцы машины. Тихий, плавный, но он пугает меня до нервного писка, сорвавшегося с губ.

Неторопливые шаги в мою сторону, и по спине холодной волной проходит чужой взгляд.

Наконец пальцы смыкаются на гладкой поверхности ключа. Вытаскиваю их, цепляюсь за растрепанную подкладку и неуклюже роняю себе под ноги. Обреченно замираю, глядя на них, не делая попыток поднять. Нет смысла.

Шаги позади меня затихают.

В томительной тишине проходит несколько долгих секунд, а мне кажется, что это целая жизнь.

— Здравствуй, — наконец раздается знакомый голос. Не тот, которого я боялась больше всего в жизни. Другой. Но от этого не легче.

— Добрый день, Кирилл, — чуть слышно прошелестела, онемевшими губами, прекрасно зная, что он услышит. Каждое мое слово, каждый звук, каждый удар сердца. Он все уловил: мою панику, мой страх, что нахлынул с новой силой.

Обернувшись, посмотрела, на стоящего перед ступенями крыльца молодого мужчину в деловом костюме, идеально сидевшем на широкоплечей фигуре. Мистер Деловой. Так я его называла раньше. В прошлой жизни. Там, где считала его своим другом.

В этом я ошибалась. Друзей в Черных Тополях у меня никогда не было. Они стая, семья, а я так и осталась чужачкой. И когда их альфа вынес мне приговор, обвинив в том, чего не делала, они просто набросились, и ни один не встал на мою сторону. Я никогда не забуду, как тот же Кирилл, вытащив чуть живую меня из леса, закинул в кузов пикапа, как ненужное барахло. В его взгляде тогда не было ничего: ни отголосков дружбы, ни тени сомнения или сочувствия. Только презрение, смешанное с отвращением, злостью. Он сдал меня в захудалую больницу, сделав вид, что впервые видит. Скинул на руки хмельному медбрату, а потом развернулся и уехал. Вот она дружба.

А теперь он стоял передо мной, хмуро скользя взглядом по моей фигуре, по моему лицу. Он чувствовал мой страх, желание сбежать, для него все мои эмоции как на ладони.

С неимоверным трудом заставила себя стоять на месте, не пятится от него к двери, не делать глупостей. Мне от него не убежать.

Тишина затягивалась, била по нервам, горячим штырем впивалась в грудь. Зачем он приехал? Кто-то решил, что я слишком легко отделалась?

Кирилл сделал шаг ко мне, и внутри все оборвалось.