ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Маленькая повозка бежит не спеша, цель странника не известна, а дорога извилиста и порой опасна. Откуда он приехал никто не знает, а куда он спешит, не знает даже он сам. Он гонится за смертью, не за своей – за чужой. Следует за чумой из города в город с одним только целью – искоренить эту страшную болезнь навсегда. В одной руке меч, в другой скальпель, одна рука дарует смерть, другая жизнь, а выбор иногда очень сложно сделать. Выбор судьи: кому жить, а кому умереть. Чумной доктор Анджей Эйлурус Маленькая повозка бежит не спеша, цель странника не известна, а дорога извилиста и порой опасна. Откуда он приехал никто не знает, а куда он спешит, не знает даже он сам. Он гонится за смертью, не за своей – за чужой. Следует за чумой из города в город с одним только целью – искоренить эту страшную болезнь навсегда. В одной руке меч, в другой скальпель, одна рука дарует смерть, другая жизнь, а выбор иногда очень сложно сделать. Выбор судьи: кому жить, а кому умереть. Пролог Пролог Тьма всегда окружала землю, а солнце всегда дарило свет и жизнь, но ночью оно покидало людей, оставляя им надежду на новый день. Бледная молчаливая луна освещала ночную гавань и несколько кораблей, покачивающихся на волнах, среди которых выделялась безымянная шхуна. Корабль-призрак был мрачен и загадочен, ни огоньков на палубе, ни голосов команды, словно он сам приплыл в порт. Корабль с черными парусами встал на якорь вчера поздно вечером, но никто из пассажиров и команды не сошел на берег. У окна с видом на

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Вы правы, королей не судят в судах, – согласился Асгерд и помрачнел. – Так значит, вы молчите в надежде сохранить свою жизнь? Боитесь мести короля и Святой инквизиции?

– Я не боюсь ни гнева инквизиции, ни мести короля. Я каждый день рисковал жизнью, спасая людей от чумы. Я много раз видел смерть! – уверенно и без сомнений ответил Адвен. – Король теперь боится меня! А вначале он мне угрожал, да.

Адвен печально усмехнулся, взглянув на удивленное лицо наместника.

– И все из-за моей любви к правде. Я ведь тоже хотел все узнать, – добавил он. – И теперь я все знаю, и все меня боятся.

– Они боятся вас из-за того, что вы знаете правду? – недоверчиво спросил Асгерд.

– Не только, еще за то, что я устроил кровавую резню в замке Иволги, – признался Адвен. – И даже хотел убить короля!

– Убить короля?! – удивленно воскликнул Асгерд. – И вы вот так спокойно об этом говорите?

– Я же не убил его, только пугнул немного. И это пошло ему на пользу, – безмятежно ответил Адвен и строго добавил: – Должны же короли кого-то бояться, если в Бога не верят.

– Вы так пренебрежительно говорите о короле! Обвиняете его… – недоуменно воскликнул Асгерд и осторожно добавил: – Если все это правда, вам никогда не простят такого! Даже если король смилуется и пощадит вас, то инквизиторы никогда.

– Да, теперь у Адвена Ивута, лекаря из Ландоста, плохая репутация, – с печальной усмешкой согласился Адвен и помрачнел. – Не простят – это точно, и буду помнить об этом еще долго! Проклятый замок останется им в назидание.

– И вы так спокойно говорите об этом? – недоумевал Асгерд.

– Вы говорите, «король смилуется». Смешно, – безрадостно съязвил Адвен. – Встать на колени легко, а вот потом подниматься с колен очень трудно.

Асгерд молчал и с изумлением настороженно слушал смелого, а возможно, просто безумного, доктора.

– Вы же сами понимаете, что нельзя возвеличить человека, а потом просто так спустить на самое дно, – добавил Адвен. – Доктор Адвен Ивут – легенда! Герой!

– Нельзя прилюдно казнить, но можно тихо убить, – мрачно заметил Асгерд. – Надеюсь, вы не настолько глупы, что рассчитываете только на свое имя?

– О нет, Адвен Ивут – герой! Сейчас, сегодня, но постепенно люди забудут о чуме, и Белом докторе тоже. Да и значимость моя в борьбе с чумой явно преувеличена, но не мной, – согласился Адвен и задумчиво добавил: – Пройдет время, и все забудут доброго лекаря. А может, и еще хуже. Обвинят в заговоре, в черном колдовстве, закуют в цепи и по приговору Святой инквизиции сожгут на костре. Потом напишут, что я ел людей и пил их кровь, а болтуны приврут еще так, что сами испугаются своих сказок. В этом мире рассказывают легенды и воспевают песни во славу добрых и смелых героев, а миром правят жестокие и циничные короли, и ничего не меняется из века в век.