ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шейла Крэндол вернулась домой в Луизиану, где когда-то узнала горечь разочарований. Приезд любимой дочери самого влиятельного человека штата неожиданно всколыхнул мирную на первый взгляд жизнь городка. И закипели страсти, вырвавшись на поверхность… Предательства, подлоги, измены… События разворачиваются слишком стремительно и неожиданно для всех участников… Лишь мужество Шейлы, ее вера в добро и обретенная среди этого хаоса любовь самого опасного, гордого и неотразимого мужчины помогают ей вырваться из заколдованного круга.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ни для кого не секрет, что злоба ее сестрицы не имеет предела. Но от Веды она, очевидно, избавилась по какой-то иной, более важной причине.

Никакие добавки соли или перца не смогли придать вкус цыпленку табака, который последовал за остывшим картофельным супом. Однако ей не хотелось наживать врага в лице миссис Грейвс. Поэтому она оправдалась полной потерей аппетита, с тех пор как Кен сообщил ей о сердечном приступе Коттона.

Она тогда тотчас поспешила в Луизиану с быстротой, на какую только была способна. Дома ей сообщили, что отец все еще без сознания и находится в реанимационном отделении больницы святого Джона. Состояние серьезное, но изменений к худшему сейчас нет. Со времени своего приезда она уже несколько раз была в больнице, но застать отца в сознании не удавалось. Один раз он даже открыл глаза и посмотрел на нее. Но в лице ничто не изменилось, глаза закрылись, не выразив радости узнавания. Неужели он умрет, так и не поговорив с ней!

– Шейла!

Вздрогнув, она взглянула на Кена через стол.

– Я, кажется, задумалась, извините… Нет, миссис Грейвс, я больше не хочу, – сказала она, заметив вопросительно-осуждающий взгляд кухарки.

– Ты собираешься сейчас в больницу, Шейла? – спросил Кен.

– Да. Вы что, тоже хотите ехать?

– Только не сегодня, – сказала Трисия. – Я устала.

– Еще бы! Игра в бридж весь день напролет – очень тяжелая работа.

Его колкость осталась незамеченной, и Трисия сообщила как ни в чем не бывало:

– Учитель из папиной воскресной школы дал нам письмо, в котором вместе со всем классом желает ему скорее поправляться.

– Да, все в городе переживают за Коттона, – сказал Кен, обильно сдабривая желе сладким кремом и, по-видимому, нимало не заботясь о своей фигуре, которая сильно округлилась за время счастливого супружества. – Пока иду в контору, по крайней мере дюжина встречных спросит, как он себя чувствует.

– Естественно, все беспокоятся, – подхватила Трисия. – Он, можно сказать, первый человек в Хевене.

– Меня тоже кое-кто спрашивал сегодня о его здоровье, – сказала Шейла.

– Кто же это? – сразу заинтересовались супруги и даже перестали жевать.

– Кэш Будро.

– Кэш Будро? Ну-ну. – Трисия томно облизала чайную ложечку сначала с одной, затем с другой стороны. – Надеюсь, «молния» на его джинсах была застегнута?

– Трисия!

– Успокойся, Кен. Или ты думаешь, что такие деликатные леди, как я, не должны знать о подобных вещах? – Она бросила кокетливый взгляд в сторону мужа. – По-моему, в городе нет ни одного человека, кто не знал бы о похождениях Будро. Когда он бросил эту дуру из Уоллеса, она целое субботнее утро выкладывала в парикмахерской всю подноготную их гнусной маленькой интрижки. – Трисия интимно понизила голос. – До малейших подробностей. Целую толпу собрала.