ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Многие желали обладать силой Хранителей драконов, то есть быть бессмертными и могущественными. Да мало кто знал, какую плату требует она от обладателя. Ведь, даже нечаянно прочитав страшное заклинание, взамен придется вернуть жизнь. Так было всегда, так есть и так, несомненно, будет. Берегиня обязана возродить источник силы Иансу, дабы восстал род драконий из пепла! Жаль, в этот раз ее не спросили… Грядет смертельная игра с Берегиней, и пока неизвестно, кто окажется кошкой, а кто – мышью! Берегиня Иансы Марина Ефиминюк Многие желали обладать силой Хранителей драконов, то есть быть бессмертными и могущественными. Да мало кто знал, какую плату требует она от обладателя. Ведь, даже нечаянно прочитав страшное заклинание, взамен придется вернуть жизнь. Так было всегда, так есть и так, несомненно, будет. Берегиня обязана возродить источник силы Иансу, дабы восстал род драконий из пепла! Жаль, в этот раз ее не спросили… Грядет смертельная игра с Берегиней, и пока неизвестно, кто окажется кошкой, а кто – мышью! Часть первая Три шага до ненависти Часть первая Три шага до ненависти Ничто не проходит бесследно, ни одна подлость не остается незамеченной Высшими силами. Вы можете бежать от своих ошибок, пытаться стереть из памяти мелкие подробности, гнать прочь чувство брезгливости от собственных деяний, да только все это бессмысленно. Совершенная когда-то мерзость всегда возвращается, толкает в спину и заставляет упасть на колени. Я почти перестала вздрагивать и кричать во сне. Из памяти

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отчего-то мне показалось – это конец. Даже если каким-то чудом он уйдет отсюда, то навсегда меня забудет, проклянет: такое он простить не сможет.

Двери церквушки были распахнуты настежь, и внутреннее убранство озарялось сотнями свечей, ослепляя и заставляя поеживаться. Отчего-то я вспомнила залу замка Мальи, где прятали Ловца Душ. Дрожащие восковые светляки, духота крохотной молельни, и кроваво-красный камень алтаря, так похожий на мрамор. Ведьма Мальи, она все видела и тогда, в замке, просто предсказала будущее: «Ты принесешь много крови!» За мной текли реки крови, погибало все, до чего я дотрагивалась. Наверное, я заслужила такую участь – мучиться, забыв об упокоении, сотни лет, пока не появится сумасшедший, вроде меня самой, и не убьет Источник. Зато…

Зато Хранители будут приходить ко мне, в эту хлипкую убогую церквушку, и спрашивать позволения на свои поступки. Можно ли им править людьми, Верховная?

Я не выдержала и широко улыбнулась. Уж поверьте, я стану самым горьким Источником, какой у вас был, твари!

– Ты радуешься? – тихо хмыкнул граф, поддерживая меня за руку, пока я поднималась на ступени.

– Да, я в восторге. Вот думаю, куда пошлю тебя, когда ты приползешь ко мне на карачках спрашивать позволения сделать очередную гадость.

Лицо у Василия вытянулось, а я заулыбалась еще задорнее.

– А если не отпустишь Савкова, – продолжала я, – стану Источником и перекрою тебе силу. Твой дракон подохнет! Вот те крест!

– Когда ты станешь Источником, поверь, ты не будешь думать о суетном, – нашелся граф.

– А ты откуда знаешь? Верховная секретами делилась?

Авдей за спиной тихо хмыкнул, Василий сжал зубы, белея от раздирающей душу (если она у него, конечно, имелась) злобы.

Высокие двустворчатые двери церкви закрылись за нами, и мы остались одни в ярко освещенной зале.

– Вот и время подошло, – тихо произнес Василий.

Я больше не чувствовала страха. Казалось, внутри все переболело и ссохлось. Никто не сможет сказать, что я не пыталась спастись. Не вышло. На этот раз не вышло, а следующего больше не будет.

Я глубоко вздохнула, запрокидывая голову. Наверху, под самым остроконечным куполом, на перекрытиях, сидели два белых голубка и с интересом поглядывали на нас черными глазками-горошинками. А рядом, на соседней балке, свесившись вниз головой и сложив перепончатые крылья, висел болотный демон – мой маленький трусливый друг.

Было жарко, душно. Голова болела и кружилась, тошнота подкатывала к горлу. Все казалось будто в тумане, и я даже не успела испугаться, когда Авдей, блеснув единственным глазом, выхватил из широкого рукава тонкий острый кинжал, крепко схватил меня за руку да резанул там, где на запястье под кожей вилась паутинка синих жилок. Я вскрикнула, дернулась, а Василий дико заорал: «Не время!» – и бросился к нам.