То, что я ценен, торговец знал, дал мне на пробу починить пару девайсов, и когда я с охоткой это сделал, усилил охрану. Сейчас же он стенал на берегу. Похоже, староста серьезно растряс того за ребенка – ученика зурга.
Я неплохой пловец для своих лет, правда, небольшая котомка, куда я сунул прихваченные у торговца инструменты, тянула на дно, но я не отчаивался, а активнее работал руками и ногами. Чем дальше плыл, тем чаще мне требовалось всплывать, чтобы набрать свежего воздуха. Наконец, я повернул к берегу, как вдруг меня с него осветили фонариком, и я рассмотрел торговца, что держал в руках сканер поиска биологических форм. Сука отслеживал меня с момента побега! Не знал, что у него есть такое оборудование. Двое из команды, войдя в воду по пояс, успели ухватить меня за тело, хотя я активно пытался отплыть подальше. Единственно, что я успел сделать, прежде чем меня хорошенько ухватили, это отцепить котомку, и инструмент камнем пошел на дно. Ничего, это очень ценный инструмент, место я примерно запомнил, будет возможность, вернусь и найду, глубины тут мне с макушкой, это команде по пояс, поныряю и найду.
Потом меня побили. Вернувшись на ладью, торговец лично поработал кнутом. Причем, похоже, особо не опасаясь попортить мой внешний вид. Теперь все мое тело избороздили следы от кнута. Тварь. Убрать их теперь можно только с помощью медкапсулы, следы на всю жизнь. Больше, видимо, ошейников не было, и меня приковали в трюме. Туда же спускали парашу и не очень хорошую еду. Кормить из общего котла меня перестали. Вот дальше был натуральный кошмар, пошло заражение в плохо обработанных ранах, я провел все это время в полузабытьи. Плохо помню, что было дальше.
Очнулся в каком-то доме, по внешнему виду и запаху – у лекарки. Только на следующий день я узнал, что во избежание гангрены мне ампутировали левую руку по плечо. Амбец, короче. При этом я особо не зациклился на своей травме, так как прекрасно знал, что восстановить ее для меня проблем нет. Нужно лишь добраться до космопорта, найти и запустить бот спасателей, там реаниматор отрастит мне руку. Правда, с ее потерей планы пришлось изрядно изменить, все же я потерял очень многое. Однорукий зург – плохой зург. Многие это знали, но не староста Пинта, что главенствовал в одной рыбачьей деревушке. Торговец, посчитав, что я вскоре умру, просто продал меня за минимальную цену старосте, и теперь я его раб. Эта тварь, вызвав кузнеца, клеймила меня, как только я покинул дом лекарки. Пришлось возвращаться и провести у нее еще неделю, воспаление пошло. Еще один шрам, который без капсулы не убрать. Что-то кровники плодятся и плодятся, мне придется потратить немало времени, чтобы раздать все долги. Это принципиально.






