Правда, там всего четыре специальности, но он обучит меня всем. На каждую по три месяца – загрузка знаний в мозг и потом практика для усвоения, иначе растеряются знания. Он этим давно занимается, опыт большой накопил. Я, конечно, мал, но он уверил, что сможет обучить. Осталось только узнать, способен ли я к принятию знаний гипнообучением, не все могут этим похвастаться. Я бы даже сказал, единицы, остальные природой не способны принять эту информацию.
– Ясно. А что за специальности?
– Пилот маломерных судов, включая космические аппараты вроде ботов и челноков. Медик – я смогу использовать капсулы. И два техника – один по бытовым приборам, второй по ремонту малых судов.
– А почему ты не называешь его имени, и почему я его не вижу?
– Он у кабины стоит, ждет, когда мы поговорим. А известности он не хочет, говорит, выполнит обещание и улетит. Человек слова… Да, он велел передать, что где-то на две недели меня не будет на связи, в реаниматоре буду лежать, руку отращивать, имейте это в виду. Про себя вроде все рассказал, как у вас?
Угон бота и ховера я технично слил на этого неизвестного зурга, чтобы до меня не дошла месть нура Билонски, да и кто поверит, что ребенок мог это совершить, так что легенда, на мой взгляд, вполне жизнеспособная.
Отец, после того как я дозированно выдал необходимую информацию, сообщил новости по Дубровке. В принципе решение отца через мать поднять других охотников оказалось правильным. Гнат, которого так и не догнали, был перехвачен на опушке. К тому моменту все семейство уже было взято и связано, кроме самого старосты, получившего заряд дроби в спину. Чуть позже и отец прибыл со своей ватажкой, и сейчас решалась судьба всех родственников погибшего старосты. Не все были замараны в его грязных делишках, но знали о них точно все.
Долго общаться нам не дали, отца позвали, но основное, что немаловажно, тот сообщил. Кстати, у отца был день, солнце светило, а у меня ночь, что подтверждало мою информацию о нахождении на другом континенте. Прервав связь с отцом, я набрал маму, та ответила быстро, видимо ждала, судя по всем, кто собрался за ее спиной, и Лидия и бабушка находились у нас дома. На руках мама держала мою младшую сестренку Лизу. Та нашему общению не радовалась, спала, сопя своим маленьким носиком.
После того как я вывалил свои новости – все то же самое, что и отцу, – мама очень сильно радовалась возможности моего восстановления, да и другие не скрывали облегчения. Я посоветовал не беспокоиться обо мне, мол, постараюсь выходить на связь почаще, если будет такая возможность. После чего разъединился – все, что надо, я сказал, успокоил своих, так что я тоже был доволен. Да и качество связи не могло не радовать – ни сбоев, ни помех.






