ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Оторва» - остро эротический роман об отношениях, возникших у героя с молодой, но ранней "русской Лолитой". Герой, одолеваемый сомнениями, всё-таки идёт на близкий контакт с юной девушкой и проникается к ней неуёмной страстью. Она даёт ему столько нового, чего не могли дать все женщины, которых он знал раньше. ... Молодая "оторва" жадно стремится познать все прелести сексуальных отношений между полами. В естественной любви, без насилия, равно как и в её описании, нет запретных тем. «Оторва» это не виагра в книжной обложке, живописующая трах и отсос, она побуждает задуматься читателя. Кто-то выбирает себе хапанье денег, кто-то политические интриги, кто-то автогонки, кто-то наркотики. Мои герои выбрали познание секса. Секс свободен, человек и секс красивы, и это достойное занятие.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Широко раскрытыми глазами наблюдаю чудную картину, как юная красавица захлёбывается, глотая потоки спермы, но не выпускает источник излияния, а, наоборот, высасывает его со всей силой.

Я испытываю неимоверно продолжительный оргазм, она вытягивает из меня все соки. Лицо девушки раскраснелось, её глаза направлены на меня, но отрешенно смотрят куда-то внутрь себя.

Я догадываюсь:

- Ты тоже кончила?

- Да! Так, в первый раз.

Огромное желание зацеловать её всю, но … нет сил, полная расслабуха.

Наливаю обоим коньяк. Лариса проглатывает рюмку и усмехается:

- Так легко ты от меня не отделаешься. Раздевайся!

Я нехотя подчиняюсь, моя удовлетворённая плоть не хочет ничего.

- Прыгай на стол!

Я, конечно, не горный козёл, поэтому ступаю сначала на кресло и затем на стол. Лариса смахивает с него посуду на подоконник.

Она приседает на колено и снизу смотрит на меня:

- Вот так – самый прекрасный вид на голого мужчину. Сразу видно, что главное у него х...й с яйцами.

Юных красоток украшает всё, даже отборный мат из чудесных губ. Я хохочу, девушка приподнимается и берёт снова в губы успокоившийся член. Не столько её ласкающие движения возбуждают меня, как вид раскрасневшегося лица молодой игруньи, прилипшей снизу к плоти мужчины, который гордо возвышается на пьедестале, как памятник.

Мой главный мускул напрягается вновь. Странное дело - минуту назад не хотелось ничего.

Тут Лариса коварным движением выхватывает из кармана халата крепкую верёвочку и туго перевязывает фаллос у самого основания. Он и так раскалён от длительного трения, а сейчас запылал от перетяжки ещё больше и чудовищно распух. Мне чудится – он трещит, пытаясь вырваться из оболочки. Лариса, склонившись, прихватывает пылающее чудовище губками пару раз: туда – сюда, потом вскакивает:

- Слезай со стола! Только осторожно.

Я соскакиваю на пол. Вижу - плутовка держит в руке конец от верёвочки.

Она быстро скидывает с себя халатик, плюхается пружинистыми ягодицами на вздохнувший стол и, упершись руками о край, со скрипом проскальзывает по полированной поверхности на средину. Распласталась, голова почти упёрлась в зеркало на стене, задирает ноги вверх и раздвигает могучие ляжки. Кончиками пальцев раскрывает сладострастный бутончик. Приглашение ясно без слов. Стоя на выпрямленных до судороги ногах, вонзаю перевозбуждённый штырь в открытую рану, облапив сверху обеими ладонями набухшие шары грудей.

Жёстко протыкаю, она яростно отзывается размашистыми движениями задницы навстречу. Сумасшествие тел.

Скоро я чувствую, как изнутри меня, от мошонки до пульсирующих висков, распирает высокое давление. Смотрю через Ларису на себя в зеркало. Лицо и грудь побагровели, как от сплошного ожога. Становится страшно.