ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Уфимские ученые, добравшись до священной горы Кайлас на Тибете, входят в зону, состоящую из огромных пирамид, зеркал Времени, монументов древности и «дворцов без окон и дверей». Исследователи понимают, что они воистину видят легендарный Город Богов. Много приключений выпадает на долю ученых: и Долина Смерти, где на людей действует сжатое Время, и посещение места Голодного черта, где реализуются плохие мысли и многое другое. Им удается увидеть даже гигантскую статую Читающего Человека, под которой хранятся золотые пластины лемурийцев, содержащие информацию об истории жизни на Земле. Ученые осознают роль камня Шантамани, хранящегося в пирамиде на трех столбах. Ученые фотографируют и зарисовывают каждый из объектов Города Богов, в результате чего им удается создать карту-схему, которая должна помочь в разгадке вопроса о сотворении человека. 1-е издание, дополненное.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но потом сказал сам себе: – Оптимисты решают в этой жизни все! А брюзжащие пессимисты, играющие роль «всезнаек-судей» и умеющие красиво покачивать головой, идут они… подальше, потому что они, смакуя негатив, только тянут общество вниз, смиряясь с грязью и перелопачивая эту грязь своими… привыкшими к грязи мыслями! Не надо брюзжать! А надо, все-таки, хоть на мгновение, сумев отречься от «грязной жизни» под сенью всезнайства «грязных законов», посмотреть на мир детскими глазами и увидеть, например, в том же человеке, в котором ты видишь потенциального предателя, человека светлого и чистого… даже если это не так… даже если ты ошибаешься… даже если ты… Смакование грязных законов само заводит в грязь! А оптимисты, эти нелепые оптимисты, критикуемые и поучаемые всезнайками-пессимистами и… имеющие смелость по-детски розово смотреть на жизнь, решают все в этой жизни, потому что они видят ее в будущем, розовом будущем, лучшем будущем, прекрасном будущем – том будущем, которое и нарисовал всем нам Бог – Величайший Оптимист. А без этого божественного оптимизма не было бы и нас – людей. Именно исторические пессимисты затащили нас в бездну всемирных катастроф и потопов, потому что они копались… рассудительно копались в «грязном белье». А «белье» должно всегда быть стиранным и чистым, как… детские глаза. Я представил, сколько оптимизма надо было иметь людям Шамбалы, чтобы построить Город Богов и заново, через тернии, воссоздать Человечество на Земле. Только розовые мысли о будущем помогали им, этим оптимистам, свершать, свершать и свершать великие дела, и свершать их не ради себя, а ради нас – неразумных, чтобы на планете Земля человеческий голос мог произнести слова: «Я люблю Вас!». Э. М. : Мы провели статистический анализ эффективности лечения глаукомы и пигментного ретинита у оптимистов и пессимистов. Оказалось, что эффект лечения у оптимистов в разы лучше. Я вернулся к машине. Мы снова поехали. Горы и холмы «Вечного Материка» проплывали мимо. Боль немножко успокоилась. Я поймал себя на мысли, что доволен. Я был доволен тем, что нам, простым российским парням, удалось побывать в объятиях Шамбалы, призрачных и прекрасных объятиях. Я был доволен тем, что нам удалось увидеть Город Богов – невероятный и необычный Город, который был создан для того… что имело принципиальное, и… я даже сказал бы, главное значение для жизни на Земле. Я еще не знал, что разгадка предназначения Города Богов растянется на годы, но я уже чувствовал, что загадка Города Богов, который мы видели своими глазами, грандиозна. Я ехал, порой засыпая и опуская голову то на плечо, то на грудь Сергея Анатольевича Селиверстова. Биополя Сергея Анатольевича приглушали боль – хорошие добрые биополя моего друга.