– А меня, между прочим, из садика выгнали с позором!
– Действительно.... Да я просто замотался, коржик. Жди здесь! Я щас!
Он куда-то ушёл и вернулся с тремя пачками денег.
– Держи, – протянул он их мне, опускаясь рядом со мной на диван. Сел гораздо ближе, чем мы до этого сидели, так что его бедро теперь касалось моего. Ему места мало? Диван просто гигантский. Отодвигаться было как-то неловко, поэтому я продолжила сидеть, чувствуя, как ляжку припекает от ноги Алексея, а ноздри щекочет дерзкий запах его одеколона. – Хорошо, что напомнила. Ты это… Проще будь. Говори, если что не так. А что там с садиком? Когда ты там опозориться успела? Или я чего-то о тебе не знаю?
– Ничего, что я сбежала с рабочего места, бросив целую группу детей на произвол судьбы? Мне заведующая тюрьмой угрожала!
– Это тётя погорячилась, конечно. Ты же не специально? Это же я тебя заставил? М-да… Неловко вышло. Дети-то все на месте? Никто следом за нами не сбежал?
– На месте, но меня теперь в приличное место не возьмут после такого.
– Ты чё расстроилась? Я тебя работой могу обеспечить на двенадцать лет вперёд, а то и на двадцать, пока Белка замуж не выйдет, короче. Нафига тебе какие-то садики?
– Вы сейчас серьёзно?
– Да. Лучше тебя мне всё равно не найти. Я шило на мыло менять не собираюсь. Ты моё сокровище, Аня! – Опять смутил. И словами, и взглядом. Я потупилась, жамкая деньги в руках, не зная, что ответить. От его близости голова кругом пошла, так что все мысли спутались. – Я тебе подарки обещал? Хочешь шубу тебе купим? До пола, соболиную? Или тачку? Тачку хочешь? Кабриолет красный?
Он с дуба рухнул? Какая шуба? Какой кабриолет? Куда я в своей шубе на такой машине ездить буду? Тем более что меня не выпускают никуда.
– Выходной мне дайте. Этого достаточно.
– Выходной? – насторожился Алексей, гневно поджав губы. – Со Славиком своим хочешь встретиться? Соскучилась, что ли?
– Да с каким Славиком! – рассердилась я. – Меня родители потеряли! Мы встречаемся раз в неделю, иногда чаще. Я устала врать, что мне некогда. Пожалуйста, Алексей, можно я их навещу? Не сегодня, конечно. Как только Лиза немного успокоится.
– Не могу я тебя никуда отпустить, – "обрадовал" меня мужчина. – Не могу тобою рисковать.
– Любовь Марковна спокойно уходит и приходит. А мне почему нельзя?
– Это другое!
– Но…
– Сделаем таким образом, – перебил меня Алексей, устав слушать моё нытьё. – Пусть твои родители сюда приедут. Если надо, я распоряжусь, чтобы привезли и увезли, встречу, как самых дорогих гостей.
Значит, психолога он на порог пускать не хотел, а моих родителей с радостью? С одной стороны, как-то неловко, а с другой, я так соскучилась по маме с папой, что была рада и этому предложению.






