Это Воскресенский пришёл за мной? Кто же ещё?
Где моя охрана, задери их чёрт? Если сейчас начнётся замес, я в одних трусах не вывезу. Бежать в подвал и там прятаться, как трусу?
Выглянув, как крокодил из-под подоконника, я просканировал глазами придомовую территорию, но не увидел ровным счётом ничего подозрительного. Перехватив удобнее ствол вспотевшей ладонью, я тихонько открыл окно и присмотрелся ещё раз, весь превратившись в слух.
Замер, чувствуя снова на себе пристальный взгляд. Не шевелясь и не поворачивая головы, перевёл взгляд на дерево, и внутри у меня всё оборвалось. Холодный пот прошиб насквозь, сердце дрогнуло, едва не остановившись навеки.
Из тени густых листьев на меня уставились два огромных жёлтых глаза, светящихся в темноте.
Мать честная! Я едва не обосрался!
– Мяу! – жалобно пискнули глаза.
Я едва не шмальнул в это чудовище, не сразу догадавшись, что это кошак.
"Монстр" выполз из темноты, осторожно нащупывая лапками ветку, и я узнал котика Ани.
– Барсик? Чтоб тебя! – со злостью и облегчением выплюнул я в кота. – Какого чёрта ты там делаешь?
Кот, естественно, мне ничего не ответил. Да и, слава богу, иначе я бы точно обосрался, услышав, что коты разговаривают.
– Иди сюда, дебил мохнатый! – протянул я ему руку, пытаясь помочь слезть с ветки, но кошак не торопился.
Сел на жопу и смотрел теперь на меня, как на идиота или челядь, свысока. Я позвал его снова, но он вообще морду отвернул.
– Да и пошёл ты! – разозлился я, закрыл окно и лёг спать, сунув ствол обратно под подушку.
Господи, как уснуть-то теперь?
Пока Воскресенского не посадят, так и буду спать вполглаза, шарахаясь от кошек.
Когда они уже менты загребут этого Борю? Громкое заказное убийство бизнесмена Аргандеева и его жены повисло глухарём. На Воскресенского, естественно, ни одной зацепки.
Мне остаётся только ждать, пока менты не нароют что-нибудь стоящего или пока Бориска за мной не придёт.
Когда мы с Аней оформим опеку над Белкой, то у Воскресенского появится новое препятствие на пути к желанному заводу. Окучивая Аню, я ставил под угрозу и её жизнь. Когда мы поженимся, Борису придётся убить нас обоих, чтобы забрать себе Лизу и её наследство.
Я ещё не женился на Ане и даже не сделал ей предложение, но уже чувствовал вину перед ней за то, что ставлю и её под удар. Я, конечно, сделаю всё возможное и невозможное, чтобы защитить своих девочек, но я был реалистом.
На мою крепость напасть будет сложновато даже Воскресенскому, но сидеть взаперти вечно невозможно. Мы можем покупать, что угодно из дома, но нам всё равно придётся выезжать в поликлинику элементарно, если не дай бог, кто-то из нас заболеет. Да и что это за жизнь в изоляции?
У Ани наверняка есть друзья, подруги, знакомые, Лизе тоже нужно общение в социуме.






