Профессор отвесил вторую затрещину, еще более увесистую. Если бы рыжий был человеком, точно бы сотрясение получил. Не смотря на свою худобу, бил профессор сильно и больно.
— Да понял я! — взревел рыжий.
Аудитория затаилась.
Профессор довольно потер руки и продолжил лекцию.
— Сейчас он спит крепким сном. Но мы чтим его, мы ждем, когда он проснется. Он больше чем вампир. Темный Князь был первым вампиром. Самым сильным! А самые влиятельные кланы — это потомки воинов Князя.
— Наш род, — раздался голос Таи.
По аудитории прокатился шепот. Несколько студентов тоже отозвались. Стали уверять, что их род происходит из потомков воинов Князя.
— Внимание на экран.
Профессор подошел к старому проектору, нажал на какие-то кнопки. На стене появилось изображение воина в изодранной кольчуге, перевитой ремнями.
Темный Князь был невероятно высоким. Темные волосы ниспадали на плечи, взгляд его красных глаз пронзал насквозь. На губах играла едва заметная жесткая улыбка... улыбка палача, который в любой момент мог прервать чужую жизнь.
Поверх кольчуги был наброшен длинный плащ, расшитый серебряными узорами.
В руке он держал что-то, но его кисть была за гранью экрана и невозможно было разглядеть...
— Алая роза, — прошептала я. Вдруг откуда-то поняв, что в руке этого князя должна быть именно роза.
Мой шёпот неожиданно прозвучал достаточно громко, прокатился по всей аудитории. И даже перебил рассуждения профессора о каких-то еще злодеяниях этого Князя.
— Все верно, алые розы — его символ, — сказал профессор. — Может быть Лили Вандер сможет нам рассказать, чем еще знаменит Темный Князь. Какую из своих самых главных идей он не успел воплотить?
Профессор застыл в ожидании, и все остальные студенты тоже ждали мой ответ. По глазам Таи и Стии я видела, что им не терпелось ответить за меня.
Вероятно, вопрос был предельно простым. Вероятно ответ на него знали все в этой аудитории.
Все кроме меня.
Стоило признаться в этом, я бы вызвала как минимум подозрение. А еще можно было бы получить затрещину, или же... вдруг тут практикуют порку плетьми.
Ой, надо как-то выкручиваться.
— Я не отвечу вам, профессор Носфератум, — осторожно начала я. — И только из уважения к вам.
— Вот как? — на лице у профессора застыло изумление, но я видела, что мне удалось польстить ему.
— Я не смогу рассказать эту историю настолько красочно и полно, как сделаете это вы, — я пожала плечами. — Вы намного лучше меня передадите все детали. А они необычайно важны. Важно все, что связано с Князем!
Я била наугад — льстила и подхалимничала.
И оказалась права.
Лицо у профессора довольно расплылось, будто что чьей-то крови напился.
— Пожалуй, так будет лучше, — ответил он. — Эта история необычайно важна для всего нашего рода. Вампиры были изгоями.






