– Кажется, я еще не скоро вернусь в строй, – невпопад ответила она Алексу. – Присмотришь за Виолеттой?
– Конечно, – по его тону она поняла, что он улыбнулся. – Я теперь всегда буду за ней присматривать. Она – все, что у меня осталось. С моей… моим кланом наши пути теперь разошлись.
Марта снова кивнула и тут же пожалела об этом. Алекс, постояв еще немного рядом, отошел в сторону. Наверное, чтобы найти Виолетту.
Его место занял Михал. Точнее, о том, что это он, Марта догадалась, только когда он обошел ее и появился в поле ее зрения. Он тоже выглядел уставшим, в порванной, забрызганной черной кровью вампиров одежде, но глаза при этом горели возбужденным огнем. Еще сильнее, чем после той битвы, когда Бальтазар подослал шестерых низших, чтобы убить ее. Впрочем, теперь у Марты уже язык не поворачивался назвать ту драку битвой.
Он присел перед ней на корточки, тревожно заглядывая в лицо, и протянул кружку с непонятным содержимым, по запаху больше всего напоминающим грязные носки.
– Выпей, – велел он, сжимая ее пальцы вокруг кружки. – Это настойка из трав, фирменный рецепт одного из Волков, неплохо помогает восстановить хотя бы минимальные силы.
– Спасибо, – поблагодарила Марта, однако стоило Михалу отпустить кружку, как та едва не выпала из ее рук. Тогда ему пришлось помочь ей сделать несколько глотков. Марте это не понравилось, она никогда не любила выглядеть слабой, поэтому она быстро сделала вид, что больше пить не хочет. – Никогда еще так не уставала, – все же призналась она вслух, не глядя на Михала.
– Сколько раз до сегодняшнего утра ты участвовала в битвах с низшими? – поинтересовался он, пересаживаясь на скамейку рядом с ней, чтобы было удобнее удерживать кружку в ее руках. Он все еще намеревался заставить ее допить настойку до конца.
На взгляд Михала, Марта не могла иметь большого опыта в таких битвах. Ей было всего тридцать или чуть больше, он не знал точно, и последние семь лет она присматривала за Виолеттой, которая едва ли каждый день ввязывалась в такие неприятности, как этот конкурс. Не было ничего удивительного в том, что она так устала.
– С низшими? Раз пять или шесть, – она пожала плечами. – Но только один раз их было больше одного. В таких битвах, как сегодня, я не участвовала никогда. Война – не мой профиль. А это была уже война. Пусть пока не объявленная, но она уже началась.
Михал промолчал, только перевел взгляд с нее на дымящийся замок. Башня, потревоженная взрывами, давно рухнула, огонь уже лизал стены следующей, а где-то далеко слышались сирены пожарных низколетов. Марта была права, война уже началась. Шереметьевы не отступят от своего плана только потому, что первый раз не удался, он знал это.
– Что ты будешь теперь делать? – спросил он через некоторое время.






