Каблучки стучат по каменным плитам, отполированным за века тысячами ног. Гулкое эхо разносится по пустым коридорам замка – все студенты сидят этим утром на лекциях.
Пальцы судорожно стискивают ткань, глаза застилают слезы, и кто-то зло хохочет надо мной в голове: смирись… ты проиграла… проиграла…
– Никогда! – шепчу я, выбегая на улицу. Краем глаза вижу тот самый экипаж, который должен отвезти меня в золотую клетку – дом Грегора.
Рослые, мощные жеребцы с бугрящимися мускулами, перекатывающимися под лоснящейся бархатной шерстью, нетерпеливо переступают с ноги на ноги. Косят на меня вишнево-черными глазами демонов из ада, когда я проношусь мимо них, даже не останавливаясь.
Я бегу по академическому парку, мирно дремлющему под пеленой дождя. Мне знаком тут каждый поворот, каждая заросшая тропинка. В глубине парка, спрятавшись за разросшимися кустами сирени, есть старая калитка, которая ведет в лес. Шансов сбежать ничтожно мало, но я готова ухватиться за любой, лишь бы быть подальше от этих чудовищ – драконов.
Ветки душистой сирени цепляются за волосы, бьют меня по лицу тяжелыми шапками цветов, намокшими от влаги.
– Матильда! – слышу за спиной рев дракона, полный ярости, но лишь ускоряюсь, продираясь сквозь плотные заросли кустов.
«Беги, беги», – стучат молоточками мысли в голове, сердце бьется всполошенной птицей, норовя вырваться из груди.
Не думаю о чертовых дежавю, вновь преследующих меня. Когда-то так же бежала Алайя… Когда-то я сама убегала от дракона, спеша к калитке пансиона. Тогда мне все удалось.
Мокрые дрожащие пальцы ложатся на кованую решетку, сердце подскакивает к горлу от запредельного напряжения, и я рывком открываю ее на себя. Успеваю только подумать о том, что, кажется, успела, когда…
– Бах!
Калитка закрывается прямо перед моим носом, а следом горячее мужское тело просто впечатывает меня в нее.
Грегор заламывает мне руки за спину и фиксирует запястья стальными пальцами.
– Пусти! – я бессильно дергаюсь в мужской хватке, но добиваюсь лишь того, что меня вдавливают в калитку еще сильнее.
Чувствую горячее дыхание, обжигающее ухо, и голос, хриплый от ярости:
– Поверить не могу, что ты опять пыталась бежать.
Мужская ладонь капканом сжимает мое плечо и резко разворачивает – теперь я прижата к калитке спиной.
Я все же заставляю себя медленно поднять взгляд на его лицо. Губы Грегора плотно сжаты, на острых скулах играют желваки, темные хищные брови нахмурены. Глаза…
Охх!
Мне хочется зажмуриться и больше никогда не видеть этого жуткого полыхающего взгляда с тонкими, как иглы, вертикальными зрачками. Дракон не просто в ярости, он, кажется, вообще не в себе.
– Что дальше? – я смотрю на него с вызовом, провоцирую – очевидно, что от отчаяния.






