– Если ты расскажешь отцу, какая она на самом деле дрянь, уверена, он …
– Не твое дело, – резко перебил я. Сам я мог говорить про Изабель что угодно, но не другие. – Нравится тебе это или нет, она часть моей семьи. Надеюсь, что на этом мы закончим разговор?
– А может, дело не в семье? – не унималась Молли. – Может, тебе просто нравится, что она там ходит в коротких шортиках, а ты и рад пялиться?!
Что ж Молли попала в точку. Изабель, конечно, не ходила по дому в коротких шортиках, наоборот ее одеяния скорее были похожи на монашеские. Но если бы ходила, уверен, мне бы нравилось.
– Между прочим, – прищурилась Молли, – не только я считаю, что она бешеная. И есть мнение, что стоит ее проучить.
Что?! Напускное спокойствие тут же слетело с меня. Я крепко сжал ее запястье. И только когда Молли вскрикнула, понял, что, пожалуй, слишком крепко.
– Если ты или твои подруги до нее хоть пальцем дотронутся… Или сделают еще какую-нибудь пакость… – я не закончил, потому что даже представлять не хотел, что я с ними сделаю.
– Да кому она нужна, – громко сказала Молли и, выдернув свою руку, демонстративно уставилась на покрасневшую кожу.
На нас начали оглядываться.
– Молли, я серьезно! Изабель – часть моей семьи, и тебе придется ее уважать.
Глупость ляпнул. Слово-то какое выбрал – уважать. А вот про семью в точку. В последнее время Молли то и дело намекала, что неплохо бы устроить совместный уикенд с моим отцом. Познакомиться, так сказать, поближе. Пора, мол, представить ее как свою девушку. К счастью, родители уехали к морю, избавив меня тем самым от необходимости придумывать отговорки.
– Ты сделал мне больно! Из-за какой-то… какой-то… – с надрывом проговорила Молли.
Ее глаза как по заказу наполнились слезами.
– А может быть дело в том, что я тебе просто надоела? – она еще сильнее повысила голос.
Теперь уже все с любопытством смотрели на нас. Чертова же кукла. Опять устроила цирк! Что там дальше по давно накатанному сценарию? Мои слова: «Ну что ты, Молли…», потом бурное примирение и демонстрация нового бельишка в каком-нибудь укромном месте. Предсказуемо и… смертельно скучно. Ответ вырвался сам собой:
– Может быть.
Слезы в ее глазах мгновенно высохли. Молли ошарашенно моргнула, на долю секунды застыла… А потом резко поднялась, проскрежетав стулом, и вышла из кафе. Красиво вышла, походкой от бедра. Могу поклясться, что думала она сейчас не обо мне, а о том, как смотрится со стороны.
Наверное, следовало догнать ее, извиниться, убедить, что у нас все в порядке. Молли было бы очень легко убедить, в этом я не сомневался, но официантка подошла с подносом, уставленном чем-то потрясающе вкусным, и я лениво подумал, что всегда успею помириться.






