ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мечта всей моей жизни — поступить в универ. Лишь эта цель придавала сил изо дня в день отправляться в свой персональный ад под названием — школа. Насмешки и злые подколы одноклассников, брезгливые взгляды учителей, а ещё — он… Богатенький мальчик, возомнивший себя центром земли. Моё проклятие, мой оживший кошмар, способный доставлять боль не прикасаясь. Тот, кто изводил меня на протяжении нескольких лет, преследовал и насмехался. ... Сдав экзамены, я надеялась навсегда распрощаться с прошлым и больше никогда не встречать своего мучителя. Но судьба решила сыграть злую шутку…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Допустим, я тебя прощу

Любава Алексеева

Мечта всей моей жизни — поступить в универ. Лишь эта цель придавала сил изо дня в день отправляться в свой персональный ад под названием — школа.

Насмешки и злые подколы одноклассников, брезгливые взгляды учителей, а ещё — он… Богатенький мальчик, возомнивший себя центром земли. Моё проклятие, мой оживший кошмар, способный доставлять боль не прикасаясь. Тот, кто изводил меня на протяжении нескольких лет, преследовал и насмехался.

Сдав экзамены, я надеялась навсегда распрощаться с прошлым и больше никогда не встречать своего мучителя. Но судьба решила сыграть злую шутку…

Глава 1

Глава 1

Кто сказал, что все дети из неблагополучных семей: боевые, наглые и умеют постоять за себя? Эх… Если бы так! На самом деле многие из нас, наоборот, — идеальные жертвы.

Вот мне кажется, что легко быть смелым и уверенным в себе, когда окружающие готовы подпитывать эту уверенность, а вовсе не выколачивают всеми доступными способами.

Уж мы-то как никто другой знаем: если сопротивляться — будет больнее. Гораздо, гораздо больнее. Если отвечать, то мучительный, унизительный, жуткий момент растянется до бесконечности. А ещё — что обидчиков никогда не накажут.

Поправляю рюкзак и посильнее распахиваю заношенный пуховик. На улице холодно, как-никак минусовая температура, но мне необходимо проветрить школьную форму от запаха сигаретного дыма. Это практически невозможно, он въелся в одежду намертво, ведь мамины гости полночи курили в нашей однушке, но я не оставляю надежды, что морозный воздух поможет мне от него избавиться. Чтобы не выслушивать насмешки хотя бы по этому поводу.

К зданию школы подхожу, замедлив шаг. Сердце привычно подскакивает к горлу и заходится в бешеной скачке. Несмотря на мороз, ладони потеют. Сую их в карманы, стискивая скользкую ткань, из которой сшита подкладка. Делаю глубокий вдох и толкаю массивную дверь.

Ну, здравствуй, мой личный ад!

В кабинете ещё нет учителя. Жаль. Не повезло. А я ведь старалась идти медленно, чтобы поскорее прозвенел звонок.

Не решаюсь заходить, топчусь у стенки возле входа в класс, ища глазами учительницу. Не ахти какая защита, но откровенно издеваться при ней всё же не будут.

— Это кто у нас? Тяпа пришла! — из-за спины раздаётся голос Колоскова. — Ну привет, Тяпа!

Со всего размаха бьёт ладонью по рюкзаку, так что я подаюсь вперёд, едва не упав.

— Ноги не держат? Ты чё, пьяная? Со своей маман бухала?

Из-за спины слышится смех остальных одноклассников.

Молчу, опускаю голову, глотаю обиду. Давно уже не бросаюсь на них с кулаками, как делала в младшей школе. Потому что знаю — они этого ждут. Если брошусь, окружат толпой и будут толкать от одного к другому, смеяться и обзывать.

Да, мы уже не дети, выпускной класс.