Эпидемия
Евгений Лукин
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В новый авторский сборник замечательного отечественного писателя-фантаста вошли повести «Рядовой Леший», «Тихушники», «Приблудные» и подборка рассказов. Проделки нечистой силы, телепортация, путешествия во времени и настоящий конец света… Невероятно остроумные, во многом пророческие и зачастую пугающие произведения автора не оставят равнодушным ни одного настоящего ценителя фантастики и просто хорошей литературы. Большая часть произведений, вошедших в сборник, публикуется впервые.
Рядовой Леший
Рядовой Леший Глава 1 Приняли мы с Лёхой Лешим второй самосвал, прилегли на мелкий теплый щебень, раскурили одну «приму» на двоих. Лежим, смотрим в небо. В азиатское, серое от зноя небо. – А знаешь, – задумчиво признался он вдруг, – я ведь и впрямь леший… Шел 1974 год. Смартфонов в ту пору еще не изобрели, библиотеки в дивизионе не было, телевизор «деды» нам после отбоя смотреть запрещали, вот и приходилось развлекать друг друга небылицами. Роль рассказчика обычно доставалась мне. Лёха – тот больше молчал да слушал. А тут, глянь, и сам до байки дозрел! – Нечистая сила, что ли? – понимающе ухмыльнулся я. – Ага… – Как же тебя в армию забрали? Или теперь и леших гребут? – Да тут, видишь, какое дело… – сказал он, покряхтев. – Подстерегли меня однажды двое наших… – Каких это ваших? – Н-ну… леших… – Та-ак… И что? – Отметелили, связали и бросили. Прямо там, на опушке… Я докурил по-честному до половины и отдал сигарету Лёхе. – Вот суки! – посочувствовал я. – А с чего это они? Ответил не сразу, затянулся неспешно пару раз. – Да я у них салабоном считался. Ста лет еще не исполнилось… – Гляди-ка! Выходит, в лесу тоже дедовщина? – А то нет, что ли? – хмуро отозвался он. – Связали, оставили… День лежу, второй лежу… – Погоди, не выбрасывай! – всполошился я. – Там еще затяжки на две! Вынул из панамы иголку, отобрал чинарик, наколол его сбоку (пальцами-то уже не ухватишь), поднес ко рту. – Лежу, – повторил Лёха еще мрачнее. – Ну все, конец мне, думаю… Последняя затяжка опалила губы. – Погоди, – перебил я, стряхнув с иголки огонек и отправив ее на место. – Как это конец? Лешие разве не бессмертны? – Да так, знаешь… Если обездвижить надолго, деревенеть начнет, усыхать… – Окаменелостью, что ли, станет? – Нет. Не окаменелостью. Корягой. Я ж говорю: деревенеет… – Насовсем, или… – Бывает, что и насовсем. С невольным уважением покосился я на рядового Лешего. Не ожидал я от него столь грандиозной, а главное, столь подробной и достоверной залепухи.






