Любви большой ни у одного из нас друг к другу не было, однако возникли симпатия и уважение. И вот теперь всё это выливается в скандалы и упрёки.
– Я устал от того, что тебя вечно не бывает дома. Я хочу, чтобы ты находилась рядом, когда я прихожу с работы.
– Вечно? – переспрашиваю я. – Я задержалась впервые за последние несколько месяцев. Я только во время проведения мероприятия прихожу домой позже. И это для тебя вечно? Если ты хочешь сделать меня пленницей золотой клетки, не получится, Жень. Не умею я обустраивать семейный уют, вить гнёздышко, готовить и встречать мужа с пирогами.
Всхлипываю, потому что сегодня день выдался слишком нервным и напряжённым, и у меня просто не хватает сил терпеть упрёки и оскорбления в свой адрес.
– Малыш, прости. Наверное, я действительно перегнул палку, но мне на самом деле жутко не хватает тебя, – говорит Женя, подходит ко мне и обнимает, а мне на мгновение хочется отшатнуться от него, вырваться из его объятий и сбежать.
Наверное, всё это следствие стресса.
Женя быстро отходит, мы с ним миримся и засыпаем в обнимку. С утра я рано выскальзываю из кровати и смотрю на спящего мужчину. Вот почему я не могу стать обычной? Почему мне не сидится дома? Я ведь действительно могу отказаться от работы, от этого заказа. Татьяна Андреевна всё равно не уволит меня, если объясню, что хочу сняться по личным мотивам. Да вот только я пытаюсь доказать что-то в первую очередь себе.
Анна Михайловна уже пришла и готовит завтрак для Леси. Я заглядываю в комнату моего спящего рыжего солнышка и улыбаюсь. Мне бы хотелось задержаться и дождаться её пробуждения, но я не могу, потому что ещё должна успеть заскочить в ателье.
– Владочка, на тебе лица нет. Всё в порядке? – спрашивает Анна Михайловна.
– Да. Просто заказчик попался непростой. Всё хорошо. Я сегодня приеду пораньше. Передайте, пожалуйста, Лесе, что я очень люблю её.
Сердце сжимается от боли, потому что в голове снова и снова повторяются упрёки Жени.
Какая я мать, если думаю в первую очередь о собственном комфорте?
Конечно, я провожу время с дочерью, но его катастрофически мало.
Выпиваю стакан холодной воды, потому что даже на утренний кофе у меня сегодня попросту не хватает времени.
Еду в ателье, а сама не могу перестать думать над словами Жени.
Он прав.
Я должна подумать в первую очередь о своей семье. Не о себе или о работе. С другой стороны, какой я буду матерью и женой, если перестану наслаждаться жизнью и запру себя в четырёх стенах?
Наверное, прошлое оставило неизгладимый след, именно по этой причине я не могу долго находиться дома. Пьянки отца до сих пор влияют на мою психику так сильно, что страдают близкие мне люди.
Резко торможу, потому что полоумная мамаша не следит за своим ребёнком, и он вырывается на дорогу.






