Но стон повторился снова, и южанин, с немалым трудом поднявшись, поковылял на звук, беспрестанно оскальзываясь на мокрых камнях, взмахивая руками в попытке удержать равновесие и негромко матюгаясь, поминая свою затекшую шею, проклятого Угря, странного мальчишку, едва не угробившего его и весь корабль. А еще - это мрачное море, низкое небо, холодный ветер и совсем уж ледяные брызги, от которых он моментально продрог до костей. Впрочем, было от чего продрогнуть - голым да босым только и бродить по скалам, рискуя заново угодить в жадную пасть к морским демонам. Один раз чудом выбрался, но во второй-то они ни за что не отпустят лакомую добычу.
Услышав новый грохот позади и едва не пригнувшись от очередной вспышки молнии, Даст опасливо покосился за спину, где до сих пор неистовствовала сильная буря. А затем вдруг подумал, что Кратт, если и выжил, когда в него ударила вторая молния, теперь-то уж точно утоп. Как и команда его, и тот маг-идиот, и... прости, господи... один славный, упрямый, необычный мальчишка, магический потенциал которого все проморгали и по воле которого разверзлась недавно эта бушующая жуть.
Эх, Вэйр... надеюсь, ты все-таки выбрался. Но как бы там ни было, твой отец может гордиться тем, что вырастил тебя настоящим мужчиной.
Заслышав стон в третий раз, воин с тяжелым вздохом отвернулся, и, поспешив на голос, громко крикнул:
- Эй! Кто там?!
Впереди тихонько всхлипнули.
- Я...
- А ты кто есть-то?
- Мира... - между камнями внезапно мелькнула мокрая макушка со спутанным колтуном вместо волос, а затем показалось бледное, заплаканное лицо и ярко блеснули голубые глаза. - Помоги мне! Кажется, я повредила ногу!
Даст снова охнул, мгновенно ее узнав и только сейчас сообразив, что несчастная девчонка, волей провидения не доставшаяся Кратту, тоже каким-то чудом уцелела. Как-то выжила, выплыла, выбралась, до последнего цепляясь за него своими тонкими пальчиками, но потом ее властно оторвало и неумолимо отбросило куда-то в сторону.
Он тогда даже испугался, что потерял ее навсегда, но теперь облегченно вздохнул, вознес хвалу Всевышнему за то, что тот сохранил хотя бы ее невинную душу, и, на мгновение прикрыв тяжелые веки, уже громче крикнул:
- Сейчас! Подожди, я тебе помогу!
До Миры он добрался быстро - внезапная радость от мысли, что девушка жива, придала ему сил. Конечно, она была измученной, мокрой и страшно замерзшей. Но, завидев его, все же нашла в себе силы улыбнуться, из-за чего Даст вдруг почувствовал себя неловко. И, чтобы скрыть смущение, поспешил опуститься на колени - осмотреть ее распухшую лодыжку.
Перелома, к счастью, не было - лишь сильный ушиб, о чем он сразу же и заявил.






