Мужики потеснили отплясывающих парней и тоже присоединились. Кто во что горазд! Один отплясывал руками, другой ногами, третий всем телом и в прыжке. И все это под энергичную музыку баяна, гитары и еще каких-то инструментов.
Девчата зароптали.
– А мы? А нам как плясать, если мужики заняли всю поляну? Отец Митрий, и вы туда же?!
Батюшка в неизменной рясе, покачивая плечами, пробился в центр и оттуда осенял всех крестным знаменем. Надо признать, что действовал он в такт музыке. Какой талант пропадает.
Слабый пол сильно взбунтовался. Пришлось принять удар на себя.
– Конкурс! – объявила я, хлопнув в ладоши. – Самый красивый и стильный венок. Не кладбищенский! – сразу добавила, видя шокированные лица. – Из трав, цветов и прочего.
– А что будет призом? – уточнила корыстная Мартына. – Раз конкурс, то и цель должна быть!
Задумалась и обвела всех взглядом сыщика. Прищурилась для правдоподобности и мысленно закурила трубку. Фу! Я ж не курю! И другим, кстати, не советую.
Наши музыканты мучают инструменты под тяжёлыми ветками яблонь, большинство мужиков танцуют, женское население хмуро смотрят на них и с надеждой на меня. Мелькнула неясная тень в дальних кустах, но это могла быть и собака. Не будем отвлекаться. Соня что-то обсуждает с Марианной, сидя за столом. Остановилась на Тимурке.
– А кто у нас на сей момент из свободных парней в топе? – словно в никуда задала вопрос. – Кто там у нас первый парень на селе?
– Знамо дело, что Николашка. – хмыкнула Мартына. – Племяш Михея. Сын Богдана. Внук Ерофея. Не помнишь что-ль? Вы ж таки посмотрите на неё! Как по сугробам с ним Максимке тренировку устраивать, дак это она первая, а парня признать, дак память отшибло!
А я и правда не узнала его. Ничоси он вымахал! Сколько ему там… Девятнадцать наверно уже. Чтож, Николашка, прости меня и получай удовольствие.
– А вот Николай свет Богданович и будет судить вас! – выдала я под отвалившуюся челюсть этого самого нареченного судьи. – Чей венок ему по нраву придётся, ту и поцелует. В щеку.
Целомудренное добавление вызвало неодобрение, но приняли его. Я, собственно, и сама решила уточнить, когда увидела злющий взгляд Николашкиной матери. А сельская женщина – это вам не кисейная барышня! Это вам сила и мощь! Как приголубит, так и пенделя такого даст, что бежать придётся на этом ускорении до-о-олго. И далеко. А мне поберечься надо.
– А остальные? – пискнула тоненькая Мика. – Совсем без приза? И так все знают, что ему Каринка нравится. И, даже если она веник берёзовый принесёт из бани, то её и выберет. Не честно!
Пришлось придумывать условия. Решили плести и привязывать леночку определенного цвета к венку и такую же к руке мастерицы. Как авторская подпись.
Дальше был отбор. Каждый первый молодец был обречён… я хотела сказать наречён судьёй.






