Ноги я свесила с кровати, но быстро втянула их обратно. Точнее меня всю обратно втащил Вик.
– Я посмотрю кто там хозяйничает.
И прошлепал босыми ногами по полу в сторону шкафа с одеждой. Аполлон! Не меньше! С чуть кривоватыми ногами, но кто не без изъяна? Да и жизнь верхом на коне должна же была как-то отобразиться. Так что мой Аполлон – кавалерист.
Отвлеклась от этого зрелища только когда Димуля к нам зашел, сонно уточнил о завтраке и, закуклившись в одеяло, уснул. Ну как его не потискать?! И в щечки, и в пятки, и в пупочек пофыркала. Проснулся? Идем брать кухню, мой маленький генерал!
Одевались как на парад. Парад странных людей. Димулька напялил полосатую вязаную шапку с помпоном и накрылся моей зимней шубкой-курточкой. Пожалуй, про викингов я ему не буду больше рассказывать. Расскажу про драконов и рыцарей и оседлаем Куча. И в гардеробе надо бы прибраться, а то странно, что зимние вещи лежат так близко. А пока я достала дырявую простынь, которую оставила на тряпки, и скрылась под ней, имитируя белую колдунью. Дырок на ткани несколько, но в разных местах. Пришлось еще одну сделать рядом с существующей. Для второго глаза. У меня их два, между прочим, и дырок рядом надо две. Теперь мы – завоеватели! Или маленький йети и сугроб. Это смотря как пофантазировать.
Пирожочки ароматизировали совсем уже бессовестно! Да у Ромы никогда еще не удавалась так выпечка! Кто там такой рукастый?
– Вперед, мой юный северный воин! – шепотом скомандовала я. – Нас ждет награда в царстве сковородок и кастрюль!
– Ула-а! – также шепотом протянул Дима и хихикнул, прикрывая лицо ладошками.
Спускались громко. Сначала вылетел кот с чем-то в зубах, замер у перил и вздыбил шерсть. За ним процокал когтями Куч и они, сцепившись в один комок, кубарем покатились по лестнице. Нас не зацепили чудом. Просто потому, что мы стояли между первым и вторым этажом и вжались в стену. Рядом в углу сидела Побелка и срыгивала шерсть. Умничка какая. Прямо на мою простыню.
С первого этажа выглянул Вик с булкой в зубах и Мартына с венчиком в руках. Оба подозрительно уставились на нас.
– Мама, они нас видят? – подергал меня за простыню сын. – Мы же волшебные.
– Нет, конечно. – заверила я. – У тебя шапка-невидимка, а у меня волшебная мантия.
– И много ль мантий подобного качества у тебя? – подперла бока Мартына. – Как была мелкой тютей, так и не научилась хозяйство вести!
– Да она старая! – попыталась оправдаться я. – Она ж вон – совсем уже распадается. И зашивала уже ее раз пять.
– Да какая она старая?! – возмутилась Мартына. – Я тебе ее на свадьбу дарила, а мне она только на тридцать лет была вручена моей свекровкой! Ни разу не использована, а только ежегодно ее перетряхивала да лавандой присыпала.
А я-то думала, откуда эта вонь?! Вон оно что! А простынка и правда не старая.






