ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. Нелёгкие времена наступили в глубинах Города – технократического мегаполиса с доминированием гигантских корпораций, организованных криминальных группировок и радикальными переменами в социальном устройстве. Главный герой, сделав выбор между покоем и служебным долгом, бросает вызов криминальным авторитетам и беспринципным коррумпированным чиновникам.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Старая Крыса» ждала в ящике стола, опутанная проводами, похожая на кибернетического ежа после удара током. Я вставил чип в специальный адаптер (самопал, спаянный в гараже того же гения с Пятого уровня) и воткнул в «Крысу». Мерцающий экран древнего девайса ожил, засыпая меня строчками примитивного, но знакомого кода. «Крыса» копала. Медленно и упорно, как и её тезка в вентиляции. Она не понимала современные протоколы шифрования, зато отлично разбиралась в фундаменте – в том хламе, где вырос этот проклятый Город.

Пока декодер ворчал и перемалывал данные, я развернул новенькую лицензию. Пластиковая карточка. Настоящая, слегка шершавая на ощупь, с голограммой Лицензионной палаты. Моя фотография: усталое лицо, шрам под левым глазом – напоминание о «диких» временах. Крупная надпись: «Алекс Дж. Крейтон. ЧД». Официально. И логотип – глаз в треугольнике. Теперь я мог легально лазить в чужие цифровые помойки, опрашивать свидетелей и даже официально выставлять счета. Правда, в данную минуту единственный потенциальный клиент – неизвестный без имени. Ноунейм. И счёт скорее всего мне за него выставит кто-то другой. А ещё – какой-то призрачный «Сфинкс» и непонятная «Тень Архитектора», которая вообще не поймёшь что такое.

Я включил повторный прииск по новому протоколу. Глубокое и дотошное сканирование.

«Крыса» пискнула. Строки на экране остановились. Вместо них появилась схема. Древняя векторная, похожая на чертеж какого-то доисторического механизма. Узлы, соединенные линиями, некоторые подписаны: «Хаб-12»,

«Резервный канал „Омега“, Хранилище „Гамма“».

В центре – та же пиктограмма: силуэт льва с человеческой головой. И мигающий курсор рядом с надписью:

«Хаб-12. Точка входа: Сектор 7

Узел: Заброшенный Шлюз

Сектор №7. Третий уровень. Заброшенный Шлюз».

Это не верхние этажи сияющих корпоративных небоскрёбов. И не средние, где копошился офисный планктон. Это вниз. Глубже. Туда, где городская инфраструктура срасталась со старыми, заброшенными туннелями метро, дренажными коллекторами и руинами – с тем, что было до мегакорпов. Сектор №7 – это позвоночник Города, проржавевший и забытый шлюз, который так и называется – Заброшенный Шлюз.

Что-то я уже слышал про этот Хаб-12. Каждый раз нечто отрывочное, и всякий раз не доставало времени и желания понять, что же это, чёрт возьми, такое?

Надо идти. Но идти с лицензией в кармане и бластером наготове – одно. А вот лезть в старые туннели без понимания, что там – совсем другое. Нужен гид. Или хотя бы советчик. Кто-то, кто знает нижние уровни лучше собственных мыслей. Кто-то, кому можно доверять настолько, насколько вообще можно доверять кому-либо.

Мысль обратиться к Гретте пришла сама собой, как запах горелого масла из «Синт-Бургерс». Гретта.