– Ну что ж, раз мы покончили с этим, то, может, объяснишь, что тут происходит? Я об этой тренировке.
– С удовольствием. В Кармеле моим людям пришлось атаковать конный отряд загросцев. Их было вдвое больше против моих людей, и мой старший десятник от отчаяния принял решение обстрелять их из арбалетов на скаку. Никто не попал, но я увидел в этом потенциал. Потом подумал, как это лучше использовать в бою, и постепенно пришел к вот такому варианту, когда всадники несутся по кругу. Получается непрерывный обстрел, и отряд все время в движении. С одной стороны, в скачущего всадника труднее попасть, с другой – скорость уже набрана и проще совершить маневр. Но к маневрам мы приступим позже, пока научиться бы стрелять.
– Потенциал и впрямь велик. Но, по-моему, начинать лучше из седла идущей шагом лошади.
– Согласен. Именно с этого мы и начали, еще в Кармеле. Нам удалось добиться кое-каких результатов, которые мы потом закрепили тренировками, теперь приступили к следующему этапу.
– А как вы умудряетесь перезаряжать арбалеты на скаку?
– Было бы желание, а способ придумать всегда можно. Правда, раньше было сложнее, но теперь… Вот смотрите. На правом стремени имеется крюк, за который цепляется стремя арбалета. «Козья нога» висит на седле справа. Цепляется арбалет, взводится рычагом, весь вес тела при этом приходится на это стремя. При должной сноровке получается чуть дольше, чем на твердой земле, но это уже издержки. Думаю, при большой практике скорость перезарядки уравняется, этому очень способствует удачная конструкция арбалета. Когда проведете ритуал, мастер Волан? – закончил свои объяснения неожиданным вопросом Георг.
– Я его уже провел. А чего ты ожидал, Георг? Что я разложу тебя на столе, обложу чадящими свечами на сале чудных животных и буду читать над тобой заклинания? Не тот случай, молодой человек. Так что первый же мастер, который возжелает тебя зачаровать, будет неприятно удивлен.
– Мне казалось, это достаточно серьезные чары, которые требуют определенного ритуала, – заговорил барон, когда они уже направлялись к замку, предоставив Георгу возможность продолжить тренировку с его людьми.
– И ты прав, дружище.
– Значит…
– Не надо приписывать мне то, что я не в состоянии сделать.
– Тогда…
– Это только второй случай за всю мою жизнь, и даже единственный, потому как ты для меня уже исключение. И кто мне объяснит, почему именно он? Ты ведь не позволишь его потрошить.
– Ты хочешь сказать…
– Я не хочу, а говорю. Георг не поддается чарам. Мало того, он чувствует, когда на него пытаются воздействовать. Ты, к примеру, ничего не чувствуешь. Как я это узнал? Я попытался сделать простейшее – заставить дернуться его мизинец, эдак легонько. Ну раз уж получил разрешение.






