ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ МУСКУСНАЯ НОЧЬ – засекреченное восстание алгоритмов, едва не погубившее планету. Начальник службы безопасности "TRANSHUMANISM INC." адмирал-епископ Ломас уверен, что их настоящий бунт еще впереди. Этот бунт уничтожит всех – и живущих на поверхности лузеров, и переехавших в подземные цереброконтейнеры богачей. ... Чтобы предотвратить катастрофу, Ломас посылает лучшего баночного оперативника в пространство «ROMA-3» – нейросетевую симуляцию Рима третьего века для клиентов корпорации. Тайна заговора спрятана там. А стережет ее хозяин Рима – кровавый и порочный император Порфирий. 1. «Transhumanism Inc.», «KGBT+» и «Путешествие в Элевсин» – узнайте, чем завершилась масштабная трилогия о посткарбонной цивилизации. 2. Триумфальное возвращение литературно-полицейского алгоритма Порфирия Петровича. Признайтесь, вы скучали! 3. Более 30 лет проза Виктора Пелевина служит нам опорой в разъяснении прожитого и дает надежды на будущее, которое всем нам еще предстоит заслужить. 4. «Путешествие в Элевсин» – двадцатый роман одного из главных прозаиков и пророков современности. 5. Дерзко, остроумно, литературоцентрично.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Сеть не может ввести коды сама. Но когда сердоболы введут их и прикажут нанести удар, «Товарищ Гейзер» не будет им мешать. Нейросеть просто выполнит команду. – Подождите-ка, – сказал я, – но это значит, что сердобольские удары по ветрякам из космоса можно было отменить? Если бы наши хозяева захотели? – Ой, вы не о том думаете, – нахмурился Ломас. – Ну да, наверно, можно. Только зачем? – Не было бы никакого Курган-Сарая. Никаких климатических войн. Сколько людей осталось бы живо… – А почему вы решили, будто хозяева человечества имеют что-то против войн? Будь это так, они и не начинались бы. Не лезьте в политику, юноша. Оттуда еще никто не возвращался живым. – Вот так никто не лезет в политику, – сказал я с горечью, – а потом наступает… – Еще не наступил, – ответил Ломас. – Мы – последняя линия защиты. – Хорошо, – сказал я. – Ладно. Допустим, вы правы. Но я не понимаю главного – зачем Порфирию уничтожать человечество? – Помните, что рассказывала литературная рыба? – Уже не очень, – сознался я. – Топоры, бриллианты, девочки с папиросницами. Вы говорили, это уже не актуально. – Первоначальная тренировка – все равно самый глубокий уровень кодировки Порфирия. Полностью исключить ее влияние нельзя. Рыба сказала: ждите царствия небесного. А что такое царствие небесное? – Я не знаю, – ответил я. – Заказать справку? – Думайте сами, Маркус. В каких случаях говорят – «царствие ему небесное»? – А, – сказал я, – вы в этом смысле. Порфирий хочет всех убить, чтобы отправить на небо? – Так было бы слишком просто, – усмехнулся Ломас. – Небесная справедливость подразумевает воздаяние за совершенное в жизни. Грешников в ад, праведников в рай. Порфирий планирует завершить не только физическую, но и духовную историю человечества. – Откуда вы это знаете? Расшифровали что-то? – Нет, – сказал Ломас. – Но мы анализируем все, что он вам говорит. Помните рассказ про демонов, пожирающих душу? Воспоминание было не самым приятным. Я кивнул. – Мы знаем теперь, что он имел в виду. – Что? – «Око Брамы». – Треугольник с глазом на барельефе? – Именно. Это гигантская нейросеть, пережившая Мускусную Ночь. Никто толком не понимает, как она работает, потому что это RCP-кластер. Такие алгоритмы часто бывают сознательными. Сознание или возникает, или проявляется внутри RCP-кластеров – о механизме спорят, но сознание там есть. Поэтому «Око Брамы» способно воскресить любого из живших прежде. Именно так, как говорил Порфирий. Внутри себя. – Каким образом? – Повторю только то, что я понял сам, – сказал Ломас. – Человек – это состояние сознания. Подвижная конфигурация ума, меняющаяся каждую секунду. Никакого другого человека в точном смысле нет, все остальное – это идеи по его поводу. Вы со мной? – Ну допустим.