ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ МУСКУСНАЯ НОЧЬ – засекреченное восстание алгоритмов, едва не погубившее планету. Начальник службы безопасности "TRANSHUMANISM INC." адмирал-епископ Ломас уверен, что их настоящий бунт еще впереди. Этот бунт уничтожит всех – и живущих на поверхности лузеров, и переехавших в подземные цереброконтейнеры богачей. ... Чтобы предотвратить катастрофу, Ломас посылает лучшего баночного оперативника в пространство «ROMA-3» – нейросетевую симуляцию Рима третьего века для клиентов корпорации. Тайна заговора спрятана там. А стережет ее хозяин Рима – кровавый и порочный император Порфирий. 1. «Transhumanism Inc.», «KGBT+» и «Путешествие в Элевсин» – узнайте, чем завершилась масштабная трилогия о посткарбонной цивилизации. 2. Триумфальное возвращение литературно-полицейского алгоритма Порфирия Петровича. Признайтесь, вы скучали! 3. Более 30 лет проза Виктора Пелевина служит нам опорой в разъяснении прожитого и дает надежды на будущее, которое всем нам еще предстоит заслужить. 4. «Путешествие в Элевсин» – двадцатый роман одного из главных прозаиков и пророков современности. 5. Дерзко, остроумно, литературоцентрично.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Не понимаю твоих слов, господин. – Поймешь позже. Итак, ты будешь сражаться красным пламенем, мой ученик… Но это не значит, что ты отверг синий огонь. Порфирий не называл меня прежде учеником. Это была честь. Но на той высоте, куда поднимали его слова, веяло холодом. – Что ты имеешь в виду? – спросил я. – Я ведь уже выбрал красный. – Это будет твоим секретом, – сказал Порфирий и соединил две рукояти вместе. Я услышал солидный щелчок – словно задвинули тяжелую и хорошо смазанную щеколду. В руках Порфирия теперь был короткий жезл. Бронзовые воронки, из которых прежде исходило пламя, оказались на его торцах. Порфирий показал две кнопки на разных концах жезла. Одна имела форму слона, другая походила на голову осла. – Слон зажигает красное пламя. Осел – синее. С этими словами Порфирий протянул мне бронзовый жезл. Он был приятно тяжелым и лежал в руке удобно, как рукоять гладиуса. – Могу я попробовать… Порфирий кивнул. Я повернул жезл так, чтобы пламя не причинило мне вреда, и нажал на слона. Тотчас перед моим лицом загорелся красный огонь, и я услышал стон страдающих душ. Я нажал на осла. Вниз ударил синий луч, и вой Аида стал громче. – Так можно сражаться обоими лезвиями одновременно, – сказал я. – Словно короткой сариссой. – Именно, – подтвердил Порфирий. – Но это твой тайный козырь. Пока что ты должен драться тем огнем, какой выбрал. Я нажал на осла и слона еще раз – и двуцветное пламя погасло. Но, пока сиял его мертвенный ореол, я успел заметить нацарапанные возле кнопок латинские буквы. Возле осла была «B», возле слона – «M». – Что значат «B» и «M», господин? – Буквы нацарапали наши военные жрецы, когда исследовали оружие ангелов. «B» означает «bonum». «M» – «malum». Проще запомнить так: ослик – это добро. Никогда не ошибешься, и не будет проблем. – Значит, я выбрал зло? – прошептал я. Ухмылка Порфирия под капюшоном стала шире. – Скорее зло выбрало тебя. Но это условные термины, мой друг. У добра и зла в нашем мире один и тот же спонсор, поверь на слово. Разница лишь в имени, которое ты получишь как мист. – А каким будет мое имя? – Встань на одно колено… Я подчинился. – Твое имя… Порфирий взял у меня меч, зажег красный луч и провел им над моей головой так близко, что я ощутил жар. – Дарт Аньян! Эти слова упали в мои уши как два свинцовых шара. Я не понимал их смысла, конечно, но чувствовал сердцем, что он сродни и мрачному пению душ, звучащему в моих ушах, и багровому закату мироздания, проплывшему над моим теменем. Порфирий погасил лезвие, вернул мне жезл и сказал: – Не пугайся, для меня ты по-прежнему Маркус. Просто теперь ты посвященный мист, и у тебя есть тайное имя. Его могут знать только другие мисты. Поднимись же, Дарт Аньян… Я вскочил на ноги.