ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вернувшись домой, Маша Грачева обнаруживает в квартире следы погрома и труп неизвестного в прихожей. Однако на ограбление это не похоже. Единственная вещь, которую можно было бы украсть, — старинный перстень якобы самого графа Калиостро, — не тронута. Чуть позже, рассматривая старый семейный альбом, Маша и ее подруга Надежда Лебедева обнаруживают странную фотографию. На ней запечатлен мужчина, выталкивающий из окна женщину. Подруги уверены — зафиксирован момент убийства. Наверняка между трупом неизвестного и этой фотографией есть какая-то связь...

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А если бы в таком маленьком помещении дрались двое здоровых мужчин, как бы выглядела ваша прихожая?

— Пожалуй, вы правы, — неохотно признала я, — но тогда, значит, мне повезло.

Потому что если бы не рыжий, то я бы вошла в квартиру и получила бы удар ножом.

— Думаю, вас бы он увидел в окно, — успокоила меня Надежда, — а рыжего он не знал, вот и пропустил.

Я перевела дух и рассказала ей про ключи.

— Понимаете, четыре ключа, а у меня на связке всего три, четвертый я выбросила за ненадобностью. И у бывшего мужа тоже было три.

— Очень интересно! — оживилась Надежда. — А вы раньше не давали ключи соседям или родственникам?

— В том-то и дело! У мамы ключей от моей квартиры нет, а у свекрови они были.

Висели на гвоздике в прихожей возле счетчика. Но я на них думать не могу. Свекровь пожилая, муж у нее сейчас вообще на улицу не выходит. Живут они в старой квартире на улице Марата очень уединенно, к ним редко кто заходит.

— Раз ключи на гвоздике висели, кто угодно мог зайти и копию сделать! — упрямо сказала Надежда.

— Но зачем? Зачем кому-то мои ключи?

— Вы уверены, что ничего не пропало?

— Абсолютно, — твердо ответила я. — Ну ладно, нам уже пора.

— Машенька, — в кухню вошла Тамара Васильевна, — все собираюсь тебе отдать.

Спасибо большое, узор я сняла. — Она протянула мне альбом с красивой вышивкой на обложке, увидев которую, Надежда сделала стойку.

— Какая работа! Кто же это вышивал?

— Родственница моего бывшего мужа, старушка славная. Умерла несколько лет назад. Я взяла этот альбом на память.

— А можно мне посмотреть? — Надежда протянула руку к альбому. — Обожаю старые фотографии, на них все такое красивое…

Я подсела к ней и раскрыла альбом.

— Вот она сама, баба Варя, в молодости — просто красавица!

— Да, очень хорошенькая… А это что за костюм — маскарадный, что ли?

— Она ведь была цирковой актрисой — знаете, велосипеды есть такие одноколесные, и еще по канату, кажется, ходила… Так странно было видеть ее глубокой старухой…

— Очень интересно. А это кто?

— Это — известный укротитель тигров Кульчинский. В то время известный. Сейчас его уже никто не помнит. Она говорила, что у них был роман.

— Ну надо же… — Надежда перевернула страницу. — А это кто?

— Да я и не помню. Кажется, фокусник, и вот она с ним рядом, смотрите, какая шляпка смешная! И на этой странице тоже она, в цирке, за кулисами.

Везде были фотографии бабы Вари, от страницы к странице она старела. Рядом с ней были разные мужчины, как правило — довольно интересные, многие — явно цирковые артисты. Фотографии подходили к концу, альбом был заполнен только наполовину.