Она покажет им всем свои сокровенные места, где можно спрятаться, когда ругалась бабушка или отец. Она все им покажет, ведь это ее родные люди. Поля хотела их сразу всех любить, помогать и обнимать крепко-крепко каждый раз, когда будет с ними рядом. Она так расчувствовалась во сне, что расплакалась и проснулась. Поля не могла и подумать, что это был ее первый вещий сон. Вот только любви в ее жизни будет не так уж и много. Этого она тоже пока не знала.
В доме стояла тишина. Поля открыла глаза и посмотрела вниз. На полатях никого не было, взрослые не спали подолгу. Нужно было работать. Однодворцы по большому счету были предоставлены сами себе. И именно такой уклад жизни давал поразительные результаты. Хозяйство Шаховых, как и других однодворцев, несло государственные повинности лишь в виде поставки части урожая по установленным ценам. С таким зерном по качеству не могли конкурировать ни общинные сборы, ни закупки у помещиков. Отец часто говорил: «Работа нас кормит, поит и жить дает. Слушай, дочка!». Поля это очень хорошо усвоила. Она тихонько слезла с печки и заглянула за занавеску, где находилась мама. Мама спала, а рядом с ней лежало что-то завернутое в тряпочку. «Наверное, это ребенок»,– подумала Поля и подошла поближе.
– Ты что тут делаешь? – прогремел строгий голос бабушки.
– Я только хотела посмотреть.
– Нечего тут смотреть, мама устала, дай ей поспать, – ответила уже не таким грозным тоном бабушка и повела Полю к столу, где уже стоял чугунок с кашей и свежевыпеченный хлеб. Хлеб так вкусно пах, что у Поли разыгрался аппетит не на шутку.
– Ешь, ешь, пост скоро. Тогда вот тюрю есть будем. А пока ешь,– проговаривала бабушка и почти каждую минуту заглядывала за занавеску, где спала мама.
– Бабушка, а мама родила ребеночка? – тихо спросила Поля.
– Ешь! И за столом мне не разговаривай! – крикнула бабушка и легонько стукнула Полю ложкой по лбу. Нет, ей не было больно. Поля расплакалась от обиды. Она просто хотела узнать, родила ли мама ей сестренку.
– Молоко выпей! – сказала бабушка.
Поля не любила молоко, но выпила почти целую кружку, чтобы бабушка больше не ругалась. Василий, кот, который жил в их семье, подошел к Поле и громко мяукнул. Она налила в тарелочку молока, которое осталось у нее в кружке, и поставила коту на пол. Тут снова прогремел бабушкин голос:
–А ну иди отсюда! Ишь, ходить по молоко вздумал! А ты, – указывая пальцем на Полю, – не привечай его.
Поля, вытерев слезы, села на лавку и попробовала поиграть с котом. Василий обиделся и на ее призывы не отвечал. Он залез под лавку, которая стояла вдалеке от стола и умывался. Тут Поля услышала детский плач.
– Слава Богу! – громко сказала бабушка и подошла к киоту – шкафчику с иконами в красном углу.






