ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Нельзя любить. Нельзя никому открывать свое сердце… Эта книга о трудной судьбе Пелагеи, родившейся в дореволюционной России, в семье однодворцев. Цепляющая за сердце история главной героини раскрывает читателю трагедию утраченной любви и заставляет прочувствовать все жизненные перипетии, в которые попадает Пелагея: революция, раскулачивание, личная трагедия, война… Готовы ли вы ощутить реальность так, как переживала ее главная героиня книги? Книга основана на реальных событиях. Лонг-лист Российской литературной премии в номинации «Писатель года по версии альманаха Российский колокол». Лонг-лист Московской литературной премии Биеннале 2024.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Поля не понимала, в чем дело.

***

– Все! Три класса окончила и будет! – сказал дед Поли.

Семья собралась за большим столом и приготовилась ужинать.

– Расписываться научилась и отлично! – хмуро сказала бабушка. – Полон дом детей, помогать надобно.

– Арифметике-то научили? – спросил отец.

– Да, мне понравилось считать, – ответила Поля.

– Вот и хорошо, дочка, и достаточно, – тихо сказала мама.

Поля бы и дальше училась. Ей нравилось ходить в школу. Хотя учителя были не все такими любимыми, как Варвара Павловна, но Поле они нравились. Отношение учителей к детям в большинстве своем отличалось доброжелательностью. Наказывать в школе стали редко. За плохое поведение делались замечания, внушения в присутствии товарищей, стояние за партой, Могли и оставить в классе после урока. Если ученик совершал очень плохой поступок, то могли сообщить об этом родителям. Исключение из школы было редким явлением. В классе у Поли таких детей, которые бы постоянно нарушали дисциплину, не было. Учебный день начинался с общей утренней молитвы, сопровождаемой положенными песнопениями. С молитвы начинался и заканчивался каждый урок. Поле нравились песнопения. Все слова она не запоминала, но петь любила. На третьем году ее обучения в школе открылась библиотека. Раз в месяц Поля брала оттуда книги. Книги для внеклассного чтения были или церковного содержания или исторические. Поля брала и те, и другие.

Через несколько месяцев случилось то, что определило школьную судьбу и других детей, которые посещали церковно-приходскую школу деревни Круглое. Их школа имела попечителя. Это был местный купец Круглов. Он оплачивал значительную часть расходов на содержание школы: отопление, ремонт, книги и учебные принадлежности. Но с ним случилась беда. «Взял да и помер», как поговаривали в деревне. Школа осталась без финансирования, и сказали, что ее и вовсе закроют. Так и получилось. Аннушка едва начала обучение, как пришлось закончить. Дед приказал Поле учить младшую сестру всем наукам, коим она сама научилась.

Теперь сестры активно помогали с младшими братьями. Их домашние воспитывали немного по-другому. Этакие «добры молодцы» – отцовы помощники. Кроме трудового воспитания, Сереже и Николке прививали и чёткие моральные принципы: их учили почитать старших, милосердно относиться к нищим и убогим, гостеприимству, уважению.

*** 1917 год принес смуту. В сентябре Поле должно было исполниться десять лет. К этому времени она уже была абсолютно самостоятельной. Уровень благосостояния их семьи повысился, все боялись только одного – того, о чем говорили уже давно. Появились странные слова в обиходе, которые далеко не все крестьяне могли объяснить. Говорили о каких-то стачечных движениях рабочих в Ефремове.