Саша решил не препираться и просто обошел надоедливого парня.
– Гражданин! – крикнул вслед полицейский.
На этот крик поднял голову Роман и увидел своего друга, который несся к нему с очень серьезным лицом. Наварский закатил глаза, опустил руки и протянул:
– Серьезно?
Рома жестом руки остановил молодого полицейского:
– Все в порядке.
И тут же обратился к Саньку:
– Ты откуда узнал? В кустах сидел?
– Из интернета.
– И кто успел это в интернет слить? Суббота, город еще спит, – пробурчал друг.
– Мало ли неспящих, кто-то на работу едет, кто-то с работы, кто-то с гулянки, некоторые…
– Тебя здесь вообще не должно быть. Чего ты притащился? – перебил Рома, начиная потихоньку закипать.
– Мимо проходил, – съязвил Саша.
– Ну так проходите, гражданин! – повысил голос Рома и остальные сотрудники, работающие непосредственно у тела, повернулись в их сторону.
Туманов вздохнул и покачал головой. Он бы с радостью ответил что-нибудь колкое другу, но сил на ругань и споры не было.
Роман Константинович Наварский работал в следственном комитете. Он был ровесником Саши и внешне походил на индийца: смуглая кожа, крупный нос, карие глаза и черные жесткие волосы. Своего отца он не знал, а мать не кололась на эту тему. Как только речь заходила о предке, она замыкалась и переставала отвечать на вопросы. Рома быстро понял, что для матери это болезненная тема, и больше с расспросами не лез. В планах у него было разыскать своего биологического отца, но, как это обычно бывает, планы пока оставались лишь планами. Коллеги называли его между собой «индиец».
Фамилию и отчество он носил своего деда Наварского Константина Петровича, который заменил ему папу и которого он очень любил.
– Расскажешь или нет? – грубо спросил Саша.
– С какой целью интересуешься? В органах ты больше не работаешь….
– Я имею право знать, – прервал друга Туманов, начиная раздражаться длинной и бесполезной тирадой.
– Прав у тебя знать об этом деле не больше, чем у продавщицы из пивного ларька, – продолжал кипятиться Рома.
Саша знал, что друг до сих пор злится на него, потому что в свое время все пошло не так, как они планировали. И потому что для него уход Саньки из органов такая же болезненная тема, как и для самого Туманова.
Саша это знал, а также знал, что в свое время знатно накосячил и теперь терпит подобное отношение друга как наказание за свою дурость.
Наварский выдохнул и продолжил:
– Женщина, обнаружена сегодня около пяти утра местным жителем, который выгуливал собаку. У погибшей проломлен череп, мозги наружу, на руках и шее синяки. Это все!
– Личность установили? – Саша повернул голову в сторону трупа, который перекладывали с земли в черный мешок. Покрывало, которым была укрыта верхняя часть тела, немного сползло, и взгляду предстала ужасающая картина.






