ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. Что делать, когда предчувствуешь свою скорую смерть? Помочь судьбе свершить задуманное? Или бороться, осознавая, что почти точно проиграешь? Александр Туманов долгое время считал, что произошедшее с ним – вселенская несправедливость. Пока события в его жизни не показали, сколько ниточек чужих судеб он потянул за собой своими необдуманными поступками. И вроде бы появился шанс все исправить, но увидев себя в гробу, мужчина понимает, что времени осталось очень мало.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Квартира была обставлена скромно, но содержалась в идеальной чистоте. И ни в какое сравнение не шла с квартирой Покровской.

Саша приготовился к долгому разговору, наблюдая рассеянное поведение матери Юры. Она уселась на табуретку напротив и положила руки на колени, скруглив спину. Однако неожиданно женщина заговорила вполне внятно и четко. По ее речи было ясно, что голова у нее соображает.

– Ко мне уже приходили ваши коллеги, я им все рассказала, – четко произнесла Маргарита Леонидовна, глядя на Александра.

Туманов немного растерялся, он и забыл, что с ней уже все отработали. Не учел мужчина и того факта, что мать Юры младше Любови Семеновны лет на тридцать и не станет суетиться, чтобы лишний раз почесать языком от нечего делать. Надо было что-то срочно придумать.

– Да, я знаю, просто дело передали мне, а я привык все проверять досконально. Кто-то где-то ошибся в записи показаний и начинается игра в глухой телефон, – наплел Санек.

– Понятно, – отвела глаза Полтавская. Было видно, что ей тяжело заново вспоминать события, связанные с убийством ее единственного сына.

– Я не буду задавать вопросы касаемо той ночи, когда произошло убийство, – неожиданно в Туманове проснулось сострадание – чувство для него неслыханное во время своей службы. – Меня интересуют события последних нескольких месяцев в жизни вашего сына. Ему никто не угрожал? Не менялась ли его манера поведения или настроение?

– Нелюдимым стал в последние месяцы, – пробормотала Полтавская, глядя на свои руки. Ее темные вьющиеся волосы свисали вниз и почти полностью закрывали лицо. – Всегда был ласковым мальчиком, слова грубого от него с отцом никогда не слышали, а тут как подменили. Стал замкнутым, почти перестал с нами общаться. Спрашиваю: «Что случилось?» – молчит, как рыба. Дерганый какой-то, грешным делом думала, что наркотики начал принимать.

– Почему вы решили, что дело именно в наркотиках?

– Он стал каким-то шуганным, мог резко обернуться и смотреть, например, в угол комнаты. Потом хватался руками за виски и уходил к себе. Как-то зашла к нему, а он сидит на кровати, голову руками обхватил и качается. Я к нему кинулась, а он вообще не реагирует на окружающий мир. Юрочка будто постоянно чего-то боялся.

– Ему кто-нибудь угрожал? – повторил вопрос Туманов.

– Даже если и угрожал, то я об этом не знаю. Говорю же, он перестал с нами общаться, – голос Маргариты Леонидовны дрогнул.

У Санька завибрировал мобильник, который лежал на столе. «Варюша» высветилось на дисплее.

«Тебя еще не хватало», – выругался про себя Саша.

Женщина аккуратно вытирала слезы, которые потекли по щеке.

Звонок прекратился, Саша выдохнул и спросил:

– Кем работал ваш сын?

– Курьером в сервисе доставке еды.