Урдак наблюдает Урдак притаился в густом подлеске рядом с домом Матушки Ночи. Все еще снаружи покосившейся ограды, но прежде он не подбирался к этому месту так близко. От собственной храбрости голова шла кругом, его трясло как в лихорадке, волоски на загривке шевелились. Ему ничего не стоило одним прыжком перемахнуть через решетку и оказаться по ту сторону . Там-то уж точно найдется чем набить желудок… Но Урдак был достаточно благоразумен, чтобы не идти на поводу у своих желаний. А может, он слишком боялся Матушку Ночи. Пока еще боялся. Урдак сидел на корточках, кончиками пальцев опираясь о палую листву. Сгорбленная фигура, более тень, чем кто-то живой. Фалды сюртука волочились по земле, смятый цилиндр то и дело сползал на лоб. Полчаса назад Урдак поймал в кустах пузатого крапивника и слопал его, не успела птаха даже пикнуть. Теперь пестрые перышки прилипли к костлявому подбородку, словно у него выросла куцая козлиная бородка. Мистер Гош, верный друг и помощник, выглядывал из-за ворота сюртука. Урдак рассеянно гладил плюшевого медведя по макушке, приговаривая: – Вы видите это, мистер Гош? Видите? Он встряхнул своего друга, и мистер Гош кивнул. Разумеется, он все видит, пусть даже глаза-пуговицы болтаются на гнилых нитках. Дом Матушки Ночи лежал перед ними как на ладони. Из укрытия Урдак видел двор, заросший сорняками, и саму Хозяйку. Матушка Ночи – высокая и тощая, кожа да кости, есть там совершенно нечего. Сгорбившись, она разглядывала некий белый сверток. Черные вороны кружили хоровод над ее головой. О! Как бы он хотел посворачивать этим птицам шеи и впиться зубами в трепещущую плоть! Но настоящий джентльмен должен держать себя в руках. Матушка Ночи что-то сказала – Урдак увидел, как шевельнулись ее губы, – однако за птичьими криками не разобрал ни слова. Он вытянул шею и жадно принюхался. Пучки сальных волос над ушами задрожали. Легкий ветерок донес запахи мокрой травы и птичьего помета – явление такой большой стаи не проходит бесследно. Но вовсе не эти запахи хотел услышать Урдак. Он продолжал тянуть носом воздух, пока наконец среди многих ароматов не нашел тот, который искал. Нежный, теплый, сладкий… И от этого запаха рот у него тут же наполнился слюной и желчью. – Там что-то вкусное, мистер Гош… – прошелестел Урдак, на полшага подбираясь ближе к ограде. – И я хочу это. Мысленным взором он уже видел маленькие белые косточки, чувствовал терпкий вкус крови на языке. Вечный голод подстегнул его как плетью. Урдак пополз дальше, не спуская глаз со свертка в руках Матушки Ночи. Ему казалось, он слышит биение крошечного сердечка – эхо его стучало в ушах, как барабанная дробь, отзываясь дрожью во всем теле. Колючая плеть ежевики вцепилась в запястье, острые шипы оцарапали кожу. Урдак отпрянул.

Об этой истории
Ужасно далеко и бесконечно близко, на краю заката, где сны обретают плоть, стоит этот Дом. Хозяйка его – Матушка Ночи, повелительница грез и забытых историй. Здесь обитают невероятные существа, призраки и чудовища… И маленькая девочка по имени Ива. Она живет среди монстров, но даже не подозревает, что настоящие кошмары ждут ее за стенами Дома. Дом Ночи Дмитрий Колодан Ужасно далеко и бесконечно близко, на краю заката, где сны обретают плоть, стоит этот Дом. Хозяйка его – Матушка Ночи, повелительница грез и забытых историй. Здесь обитают невероятные существа, призраки и чудовища… И маленькая девочка по имени Ива. Она живет среди монстров, но даже не подозревает, что настоящие кошмары ждут ее за стенами Дома. Глава 1 Глава 1 Сделка Женщина была мертва и знала об этом. Она уже не чувствовала боли. Боль была вначале: яркая вспышка в мгновение выжгла ее изнутри. Боль ушла, и остался только холод, ледяным шаром набухавший внизу живота. Женщина не помнила, как выбралась из горящей машины, не помнила, как вытащила из нее своего ребенка. Это случилось давно, когда она была жива. Сейчас она лежала на мягкой земле, жадно глотавшей последние капли крови. Изломанное тело, освещенное алым пламенем. Муж остался в машине. Сквозь огонь еще виднелся темный силуэт, но женщина не смотрела в ту сторону. Все было кончено. Рядом захлебывался в писклявом крике младенец. Девочка хотела есть, она замерзла и испугалась. Женщина ничем не могла ей помочь. Хотелось плакать от бессилия, но в глазах не оста





