Лазарро целует меня в лоб, и я на несколько секунд прикрываю глаза.
– Как ты понял? Как ты догадался? Я же могла протянуть яблоко любому? – с интересом шепчу. Лазарро усмехается.
– Ты права. Яблоко было не самым важным в этом деле.
– Тогда что?
– Уверена, что хочешь об этом знать?
– Да.
– У него встал.
Озадаченно приподнимаю брови.
– Лазарро, – тихо смеюсь, но он серьёзен. – Ты что, правда, именно это заметил?
– Я не просто так предупредил его в доме. Я видел, как он смотрел на тебя, и это уже меня взбесило. Ты его самая прекрасная жертва, и он возбуждается от своей жестокости. Ему нравится наблюдать, как женщины умирают у него на глазах. Это его фетиш. Его член стоял в доме. Стоял на поминках. Он смотрел на последние минуты твоей жизни и праздновал собственную победу. Он был возбуждён твоей смертью.
Это так отвратительно. Прикрываю на несколько секунд глаза.
– Мне нужно идти. Поспать бы, да столько интересного происходит вокруг. Жаль тратить время на чёртов сон. – Лазарро так быстро встаёт, что я даже не успеваю схватить его за руку. Он уходит, и я вижу между нами стены. Новые стены. Мои. Его. Всё закончилось между нами.
– Лазарро…
– Ты должна ещё немного побыть здесь. Потом я заберу тебя, и ты полетишь домой. – Он идёт к двери.
– Стой… ещё один вопрос.
Замирает и ждёт, не поворачиваясь ко мне.
– Кто был моим заказчиком? Кто меня купил?
Плечи под тёмным пиджаком напрягаются.
– Я не знаю. Он уничтожил всё, осталось только два последних имени заказчиков на тех, кто сидел в клетках. Альбом. Я нашёл его. Он стал больше. Но главное, – Лазарро оборачивается, и его глаза становятся такими обжигающими.
– Тебя в нём не было. Это всё, о чём ты должна думать, Белоснежка. Тебя не было в этом альбоме. Остальное уже не важно, – он резко кивает мне и выходит за дверь.
Для меня важно. Он ошибается. До сих пор живёт тот, кто думает обо мне, и кому я нужна. Тот, кто обратится к другому работорговцу и продолжит отнимать жизни. Кто-то. Всегда будет кто-то, кто ведёт охоту.
После странной встречи с Лазарро, мне кажется, что я её выдумала. Он был каким-то отстранённым, совсем непохожим на себя прежнего. Он был другим, и мне хочется, наверное, чтобы это всё было сном, и словно я выдумала себе этот разговор. Но, увы, я стала реалисткой. Теперь я вижу всё иначе. Мне стыдно за своё поведение, но этого не изменить. Многое случилось, и нужно просто смириться с тем, что вернуть прошлое невозможно. Можно им жить и страдать, а можно идти дальше. Мне придётся выбрать второе, ведь Лазарро теперь останется в прошлом.
Пребывая постоянно в палате, общаюсь с врачами и медсёстрами, точнее, пытаюсь потребовать, чтобы мне сообщили о том, что со мной было, что со мной будет, и в каком состоянии мой организм. А также какую операцию мне сделали, ведь на груди и животе швы.






