Кофе?
– Ну его к черту, я и так им опился за последние дни. Дайте холодной воды. Только сначала ответьте мне про Штирлица.
– Он производил впечатление интеллигентного человека, как ни странно. Он выделялся изо всех тех наци, которые создавали Франко в Бургосе.
– Вот видите… Вы представляете его себе в роли злодея-отравителя?
– Говоря откровенно, не очень. Но материалы Майкла Сэмэла вызвали бурю, они довольно крепко аргументированы.
– Нацистами.
– Что?!
– То, что слышите. Ему всунули гестаповские материалы. Кому-то надо вымазать Штирлица дерьмом, как грязного уголовника, вот в чем дело… А кто этот Сэмэл? Не из парнишек сэра Освальда?
– Нет, нет, он вполне пристойный консерватор, из хорошей семьи, он никогда не имел ничего общего с Мосли…
– Воевал?
– Ему двадцать три года и минус пять зрение.
– У меня минус три.
– Давно?
Роумэн пожал плечами:
– Давно. С наци нужно воевать вне зависимости от зрения. Пусть носит очки.
– О, Пол, вы слишком строги к нему, я убежден, что мистер Сэмэл – джентльмен.
– Берете на себя ответственность?
– Вы не объяснили мне предмет вашего к нему интереса.
– Меня интересуете вы не меньше, чем он.
– В качестве?
– В качестве человека, который может получить кое-какую информацию о нацистских связях ИТТ.
– Это очень любезно с вашей стороны, но почему вы убеждены, что меня так уж интересует ИТТ?
– Боб, не вертите задницей.
– Если бы я не помнил вас в Мадриде и не ценил вашу доброту, я был бы вынужден прервать разговор, Пол.
– Мало ли, что бы вы решили… Я бы его не прервал. Словом, Штирлиц ждет нас. Сэмэла и вас. Он хочет сделать заявление.
– Это в высшей мере интересно, но сколь тактично с моей стороны встречаться с ним, если о нем пишет мистер Сэмэл?
– А вы познакомились со Штирлицем десять лет назад в Бургосе. И он хочет увидеть Сэмэла в вашем присутствии. Билет за океан готов оплатить я.
– Если мистер Штирлиц действительно обладает интересной информацией об ИТТ, я попробую – как вы посоветовали мне – обратиться в «Бэлл».
– Звоните Сэмэлу… Хотя нет, не надо… Едем к нему.
– Но это не принято, Пол! Я не могу приезжать к человеку без предварительной договоренности.
– Слушайте, Боб, идите-ка вы к черту с вашим островным этикетом, а?!
Харрис секунду раздумывал – обидеться или пропустить мимо ушей эти слова, рассмеялся и, поднявшись из-за стола, сказал:
– Пошел.
Того парня, что пас его в Асунсьоне, Роумэн заметил сразу же, как только самолет, на котором летели Харрис, Сэмэл и он, приземлился в международном аэропорту Буэнос-Айреса «Изейза». Его машина не отставала ни на метр от их такси, когда они переезжали в «Аэрогару», – именно оттуда летали самолеты местной авиакомпании. Он сел в тот же самолет, который летел в Кордову.






