ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Жизнь была прекрасна и упоительна! И полна любви. Бабушка Льва спешно возвращается из Франции в Россию, обрывает все связи с родными и никогда не упоминает о муже. Семья Киры прячет фотографии ее тети от посторонних глаз, а Надежда не рассказывает об отце-священнике даже детям. За всем этим – раскулачивание, ссылки, дело врачей и, как ни странно, любовь, что оказывается страшнее войны и смерти. Роман становится больше, чем семейной сагой, поскольку охватывает историю сразу нескольких семей, объединенных узами брака, изменами и трагедиями XX века. ... Ольга Чеснокова, ответственный редактор: Научное понятие «эффект Ребиндера», согласно которому под воздействием среды меняется прочность тела и стальную пластину может сломать одна капля олова, в романе приобретает философское значение. Среда постоянно испытывает героев на прочность: раскулачивание, репрессии, дело врачей, Чернобыльская катастрофа, развал Советского Союза. События выстраиваются в полномасштабную картину XX века, историю которого показывают глазами нескольких поколений семей. Но герои оказываются крепче стали из эксперимента: они ищут себя и свою любовь, строят семьи и карьеры даже в самые мрачные времена. Три факта: 1. Каждая глава названа строчкой из произведений А. Пушкина. 2. Любовь и драма переплетают истории семей. 3. При создании обложки использована репродукция картины белорусского художника Мая Данцига.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Только взрослым задумался и ужаснулся этому коллективному бреду:

Ленин – это весны цветенье, Ленин – это победы клич…

Даже смерть и похороны Сталина почти не отложились в памяти, наверное, потому, что в их школе была особая атмосфера достоинства. Гораздо позже пытался вспомнить реакцию бабушки или мамы, был уверен, что бабушка не рыдала, как все соседки, и не сожалела об умершем «отце народов», но скорее принимал желаемое за действительное.

Вот с «делом врачей» четко помнился один эпизод – у них в комнате сидит незнакомая красиво одетая женщина и тихо отчаянно плачет, а бабушка, такая всегда говорунья, молчит и только раздраженно передвигает чашки на столе. В тот же вечер она рассказывает маме, еще больше раздражаясь и почти переходя на крик:

– Кандидат наук, прекрасный невропатолог, вдова боевого офицера, две дочки-школьницы! Нет, ты мне скажи, как ей теперь жить, как кормить детей?! И сколько это может продолжаться?!

И мама только испуганно шепчет без всякой связи:

– Тихо, тихо, не нужно при ребенке. Разъяснится, вот увидишь, все разъяснится. Марк говорит, что не нужно отчаиваться.

Странно, как он хорошо запомнил тогда Асю Наумовну, мало ли женщин приходило в их дом, мало ли женщин плакало в ту пору.

Да, к тому времени в их жизни появился Марк, будущий мамин муж. Вполне нормальный человек, военный, с орденом Красной Звезды и медалью «За отвагу». Но невозможно было поверить, что маме нравится этот толстый и почти лысый дядька, что она может гулять с ним, ходить в кино и в гости, праздновать Новый год.

Лева вдруг стал думать про погибшего отца, пытался представить, как они идут вместе на футбол или хоккей, хотя сам Левушка, воспитанный женщинами, всегда оставался равнодушен к спорту. Однажды он вытащил из семейного альбома довоенную фотографию молодых родителей и демонстративно поставил на пианино.

Но мама и бабушка ничего не замечали или старались не замечать. Марк появлялся все чаще, и однажды, вернувшись из школы, Лева застал полную драматизма сцену: мама рыдала, уткнувшись в подушку, а бабушка, бледная, с горящими щеками (наверняка у нее уже тогда была гипертония), ходила по комнате, скрестив на груди руки, и монотонно повторяла:

– Ты не можешь так поступить! Нет, ты не можешь так поступить! Я все понимаю, ты заслуживаешь счастья и нормальной жизни, ты молодая и должна думать о себе. Но я не позволю ломать судьбу ребенка! Рая, ты слышишь? Можешь меня ненавидеть, но я не позволю!

Наверное, слова были иные, женщины вообще употребляют слишком много слов, но смысл оставался прежним – Марка переводили на работу в Хабаровск, и он звал с собой маму.

– Марк серьезный и порядочный человек! И он любит меня! Все говорят, что в такое ужасное время военному человеку, да еще еврею, лучше держаться подальше от центра.