– Поворачивай налево, – скомандовала Натали. – Я покажу тебе.
– Ты, наверное, шутишь? – спросил Микс, когда они отлетели на несколько сот ярдов от скал.
– Мне не до шуток, – отрезала Натали. – Давайте садиться, пока не вернулось это корыто.
– Эсминец, – автоматически поправил ее Микс.
– Ты сумасшедшая.
Все еще горел кустарник. На скале, где двадцать минут назад самоуничтожилась ракета, все еще горел кустарник Западную часть неба освещали пожары, бушевавшие на взлетной полосе. В трех милях от берега на черном фоне воды догорали обломки роскошной “Антуанетты”. Покончив со взлетной полосой, эсминец вернулся вдоль восточного берега назад и уложил по меньшей мере с полдюжины снарядов туда, где стоял особняк Крыша огромного строения полыхала, восточное крыло было полностью уничтожено, дым клубами поднимался вверх в свете все еще горевших прожекторов, а один из снарядов, вероятно, попал в южное патио, выбив окна и стену, которая выходила на длинную лужайку, тянувшуюся до самых скал.
Однако сама лужайка выглядела неповрежденной, хотя частично тонула в темноте, там, где были разбиты прожектора. Пожар, бушевавший на скалах, высвечивал кустарник и карликовые деревья, которых не было бы видно, если бы не языки пламени. Освещенный участок лужайки, прилегавший к особняку, длиной ярдов в двадцать, казался довольно ровным, если не считать единственной воронки от снаряда и руин, оставшихся от патио.
– Идеально подходит, – заявила Натали.
– Чушь, – откликнулся Микс. – угол наклона к особняку достигает тридцати градусов.
– Для посадки годится, – упрямо повторила девушка. – Тебе будет вполне достаточно этой полосы. Ведь на британских авианосцах они ничуть не больше, не так ли?
– Похоже, она поймала тебя, старик, – усмехнулся Джексон.
– С наклоном в тридцать градусов? – съязвил Микс. – Кроме того, даже если нам удастся приземлиться и не врезаться в это горящее здание, темные участки на лужайке.., а она в основном погружена во тьму.., там могут быть сучья, ямы, декоративные камни... Это безумие.
– Я голосую “за”, – сказала Натали. – Мы должны попытаться найти там Сола.
– Да, – поддержал ее Джексон.
– Какое, к черту, голосование? – не веря своим ушам, возмутился Микс. – С каких это пор самолетом управляют путем демократии? – Он натянул на лоб свою бейсбольную кепочку и бросил взгляд на эсминец, удалявшийся на восток. – Ну, признайтесь, – взмолился он, – это что, начало революции?
Натали подмигнула Джексону и решила рискнуть.
– Да, – кивнула она.
– Ага! – воскликнул Микс. – Я так и знал. Ну что ж, мальчики и девочки, ставлю вас в известность, что вы совершаете полет с единственным заслуженным социалистом Дорчестерского округа. – Он достал сигару из кармана рубашки и пожевал ее. – А, какого черта! – сказал он наконец.






