ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У меня прекрасная жизнь. Любящие родители, братья и сёстры, которых я обожаю. Я никогда не голодал и не знал физической боли. У меня нет никаких травм… И всё же во мне есть другая сторона, которая… отличается. Куда бы я ни шёл, за мной следует мрачная тень. Оно ложится мне на плечи, словно плащ, говорит со мной, когда я один, смотрит на меня из зеркала. Мои тёмные волнистые волосы, мои серебряные глаза… они напоминают мне о нём. Я проклят. Я запятнан. Я не хочу поддаваться тем порывам, что накрывают меня. Тем импульсам, которые пугают меня. Я не хочу быть как он. И всё же… маленькая часть меня хочет знать больше. Потому что я чувствую, будто его часть всё ещё здесь. Я просто боюсь позволить этому взять верх, позволить этому исказить меня во что-то настолько осквернённое. Настолько, что это уничтожит меня. ... Я не хочу быть тем, кого боятся другие. Особенно… она… Поэтому я прячу это глубоко-глубоко. Заглушаю. Не даю этому вырваться наружу. Потому что я отказываюсь закончить так же, как он. Разрушенным, сломленным и исчезнувшим. Я не позволю этому уничтожить меня. И каким-то образом я всё равно БУДУ с ней.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Все были на школьном дворе, играли в баскетбол и бегали на площадке, когда он вышел наружу с кучей отксерокопированных листов в руках и мерзкой улыбкой, медленно растягивающей уголки его рта.

Уже по этому взгляду я понял — что бы он ни собирался сейчас объявить всем, ничего хорошего в этом не было.

Кому-то сейчас должно было достаться. Только я ещё не знал, что целью был я.

— Эй! — крикнул он, и его голос поднялся над шумом. — Эй, народ! Гляньте-ка сюда…

Несколько детей посмотрели в его сторону, а потом вернулись к игре, явно не заинтересованные в том, чтобы смотреть на какие-то бумажки.

То есть, до тех пор, пока…

— Хейден Мазерс… вы же знаете, что его дед состоит в байкерском клубе? — громко сказал Тео.

Несколько детей повернулись, а моё тело похолодело. Почему он сказал это так, будто в этом было что-то плохое? Все знали, что мой дедушка — самый крутой, потому что иногда он заезжал за мной, и я уезжал с ним на заднем сиденье его чёрного Harley. Дети смотрели с восхищением, как я надеваю шлем и забираюсь назад, чувствуя себя особенным из-за того, что у меня было то, чего не было у других. Они хотели, чтобы у них тоже был мой дедушка Джей. Как бы сильно я ни любил маму, папу, брата и сестёр, дедушка Джей был тем человеком, с которым я чувствовал абсолютную связь. Наша внешность, наш интерес к мотоциклам и музыке, его лёгкое отношение к жизни… он без сомнений был моим любимым человеком.

Но сейчас… Тео Эбер пытался выставить его плохим. Какого чёрта с ним было не так?

Я начал идти к нему, сердце тяжело колотилось, а руки покалывало, пока я чувствовал, как на меня надвигается ужас.

— Ну так вот, раньше его дед был частью банды. Настоящей банды, ребята! — громко сказал Тео толпе, которая становилась всё больше с каждой новой деталью, которую он раскрывал. — Он похищал людей! Был связан с наркотиками!

Несколько детей нервно посмотрели на меня через плечо и отошли в сторону, пока я пробирался через собравшуюся толпу, направляясь прямо к этому придурку, который посмел выставлять моего деда злодеем.

— А вы знали, что его отец тоже был в банде? Его настоящий отец! Тот мужик, которого мы видели у него дома и всё такое? Он даже не его настоящий отец! Вот этот был его настоящим отцом!

Он поднял лист бумаги с газетной вырезкой — короткой статьёй и фотографией парковой скамейки, а заголовок эхом прогремел у меня в голове, пока я читал его.

Члена банды мотоклуба нашли мёртвым возле Шервуда.

У меня зазвенело в ушах, пока Тео вслух читал части статьи.

—«Самостоятельно нанесённое огнестрельное ранение» … вы же знаете, что это значит? Он убил себя! Поднёс пистолет к голове и БАХ! Разнёс свои мозги повсюду.