– Что не говорить? – раздается сбоку голос Кайдена, который показался из водоворота.
Он облачен в камзол в цветах Сетона, а за спиной развевается длинная мантия, отороченная мехом. Сколько бы я ни любовалась своим мужем, его холодная красота каждый раз пронзала ледяным ножом мое сердце. Голову украшает корона моего отца, подаренная Аластрионой в день нашей свадьбы.
– Я уже подумала, что мой король совсем забыл про меня. – Я бросаю мимолетный предупреждающий взгляд обоим.
Кайден за один шаг преодолевает разделяющее нас расстояние и сгребает меня в охапку, заключив в кольцо своих сильных рук.
– Это невозможно, милая. – Он оставляет легкий поцелуй на моих губах. – Брейдену нужна была помощь, – оправдывает он свое отсутствие. – Так что не говорить?
– Меньше знаешь, крепче спишь, братец. – фыркает Айрис и, не оглядываясь, первой выходит на балкон, с которого мы будем смотреть представление.
– Я хочу это знать? – Кайден поворачивается ко мне.
Я, стараясь заглушить смех, покусывая костяшки пальцев, и качаю головой.
Кайден
– Кайден, так нельзя! – возмущается Айрис, в раздражении откидывая длинные волосы назад. – Я не знаю, что произошло между вами и почему ты ее так ненавидишь, но ты должен быть на свадьбе Авалон.
– Айрис права, сынок, – хмуро говорит отец, с осуждением глядя на меня.
Только моя мать сохраняет молчание, но и в ее глазах я читаю немой упрек. Это бесполезно. Проще согласиться, чем идти против Айрис и расстраивать родителей.
– Хорошо, – скрипя зубами соглашаюсь я. – Я поздравлю ее, но на церемонию не останусь. Вопрос закрыт.
– Ее? У нее есть имя, Кайден! Или ты совсем потерял рассудок в своей пустыне?
Как будто это возможно. Я был бы этому рад, сестрица. Но никогда не произнесу ее имени вслух: не хочу слышать с каким отчаянием оно прозвучит. Я оставляю вопрос без ответа и делаю вид, что занят разглядываем бумаг на столе.
Айрис недовольно фыркает, но большего не просит и растворяется в водовороте, залив весь пол водой. Родители покидают кабинет обычным способом – через дверь. А отец на прощание ободряюще сжимает мое плечо. От чего я чувствую легкий укол вины. Тяжело иметь настолько понимающих родителей, что бы я ни делал кажется недостаточным, и на их фоне я кажусь сам себе брюзжащим стариком, которому все надоело.
Засунув руки в карманы, подхожу к окну, на котором играют блики солнца, отражающиеся от ледяных стен замка.
Кто бы мог подумать… она выходит замуж.
Хотя что в этом удивительного? Рано или поздно это бы случилось. Такая как она не могла оставаться одной. Иден… Я не видел его, но могу сказать, что вряд ли он достоин хотя бы мизинца на ее руке. В горле зарождается рык, а окно покрывается сеткой льда. Я выпускаю воздух через стиснутые зубы, успокаивая Силу.






