ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ты же сам знаешь, что Добро - вечно. И… — старик задумчиво почесал длинную седую бороду, — непобедимо. Семнадцать Lucky Ты же сам знаешь, что Добро - вечно. И… — старик задумчиво почесал длинную седую бороду, — непобедимо. Глава 1 Глава 1 Событие первое — Пять тысяч рррублей. — Пять тысяч рублей? — Касьян зажмурился пять тысяч перемножая на сто шестьдесят грамм и деля на тысячу, чтобы в килограммы перевести… м… Восемьсот килограмм. — Пятьдесят пудов серребра, — видя, что лекарь хреновый математик, подсказал ему Дмитрий Иванович. — У меня нет таких денег, — Коська сразу ляпнул, чтобы у Великого князя и мысли не возникло, что перед ним сидит человек у которого есть в кармане чуть не тонна серебра. — Я часть дам в долг, — Дмитрий Донской глянул на двоюродного брата. Владимир Андреевич (пока не Храбрый) кивнул, рукой волосатой махнул и ещё раз кивнул: — Десять пудов дам. На три года. Только для Серпухова пушек тоже нальёте с мастером твоим. Не верил в шутовство это. А получилось эвон как. — А я трридцать дам. Тоже на трри года. Ну и прравильно брррат говоррит, пушек надо и для Москвы, и для… Коломны. Прро Владимирр забывать не след. На тррёх городах пока остановимся. Их бы защитить. Можно долг пушками отдавать. — Сорок пудов? В долг? Сорок? Десять осталось? Если… — Касьян на мгновение задумался, не вид сделал, а в самом деле репу стал чесать. Если привезти все деньги из захоронки в Менске, и тут все жуковины продать и прочие кинжалы с мечами, где есть драгоценные камни, то можно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Событие двадцать четвёртое

В Ростове Коську ждали одна хорошая новость, ну даже можно её за полтора (полторы) считать, и две плохих. Одна совсем плохая. И одна, на которую нужно срочно реагировать. Чего-то такого, это про вторую, Касьян ждал, но не думал, что это так быстро произойдёт.

Хорошая — это то, что купец, отправленный в Дерпт (Тарту) за мастером по монете, вернулся вот два дня назад и вернулся с мастером, пусть даже подмастерьем. Молодой человек лет двадцати пяти согласился переехать в Ростов и стать управляющим монетным двором.

По словам представляющего литвина, читай немца, Карла Кантора, купца, путь их был длинным и трудным.

— Больше тысячи вёрст в одну сторону, княже. Напрямки оно может и ближе, а только нет туда дорог напрямки, круголей понавыписывал страсть. Сначала на Тверь, оттель на Господин Великий Новгород, потом Псков и только оттуда Дерпт. Так ведь назад не короче дорога, те же тысяча вёрст. Три месяца полных ушло, — купец был невысок, чёрные кучерявые волосы и большой-большой нос картошкой.

— Ты немецкий знаешь? — полюбопытствовал у Ильи Касьян.

— Немного, у меня отец из Пскова сам, а мать немка из Дерпта.

— Во как! Интересно. Я тут школу собираюсь открывать… м… или так нельзя. Учитель мне нужен немецкого языка. Детей учить. У тебя мать жива? — Коська сначала загорелся идей, но вспомнил, что женщина учитель сейчас — это наверное перебор.

— Жива… Мне Трофим обещал, что ты, княже, говорил будто вылечишь меня от любой болезни после поездки сей. И даже зубы вырастишь. А если я так удачно обернулся нельзя ли мать с отцом тоже подлечить и зубы им новые вырастить? — начал Илья резво, но по мере озвучивания просьбицы сникал, пока полностью не сдулся.

— Полезных людей, Илья, нужно обязательно награждать. И для тебя такой малости мне сделать не жалко. Давай так. Я тут пару дней в себя приду, в баньке с дороги попарюсь, и приводи родителей. Вылечу, если эти болезни можно вылечить, и зубы обязательно подлечу, которые есть и сделаю, чтобы новые начали расти.

— Благодарствую, княже… А с матерь ты сам поговори, ну насчёт учения детишек немецкому языку. Не умеет она учить-то. Не знаю я как это устроить можно?

— И я пока не очень знаю. Но придумаю что-нибудь. Приводи через два дня родителей. Да, а чем ты торговал в Дерпте?

— Мягкой рухлядью, воском, мёдом, мечей немного в Новом Городе прикупил. Нормально расторговался. Теперь думаю в этом году, как снег ляжет снова туда съездить. Не нужно ли ещё кого привезть.

— Я подумаю.

За полторы хорошие новости эту можно засчитать, не только из-за матери Ильи, но и из-за того, что у Карла Кантора был с собой сундучок с тремя книгами. Он оказывается закончил факультет Свободных Искусств в недавно созданной Краковской академии, ну, или в Краковском университете.