Они-то рассчитывали на кусок хлеба с молоком, а тут чего только не было – зажаренные курята, сало с толстыми прожилками мяса, варёная картоха в масле с луком, селёдка, всякие салаты, копчёные рёбрышки, пирожки, домашний сыр и в середине стола – запечённый до золотистого цвета поросёнок с яблоком во рту.
У всех засосало под ложечкой. Выступающий живот Юрика даже издал громкий урчащий звук. Только сейчас они осознали, насколько они проголодались.
Кулёк было протянулся к тарелке с пирожками, но Егор хлопнул его по руке.
– Ты чего? – Кулёк обиженно потёр руку.
– А то, что неприлично начинать есть без хозяев.
– Кстати о хозяйках, – подал голос Кузя. – Чур мне рыженькую. Больно уж она на меня заглядывалась.
– Мне точно ту, что с чёрными волосами, – твёрдо и утвердительно заявил Юрик.
– Бери, – сказал Кузя, кидая разрешение как кафтан с барского плеча. Будто от его слова что-то зависело. – Блондиночка явно для Егора. Он у нас парень смазливый. Только он сможет растопить лёд в её сердечке.
Егор не возражал.
– Эй-эй, мужики! – обиженно вскрикнул Кулёк. – Вы чего? А мне тогда какую?
– А ты в сторонке подрочишь, – отмахнулся Кузя. – Хоть посмотришь, как нормальные мужики баб жарят.
– С хера ли это мне в углу дрочить, а не тебе? – не унимался Кулёк. – Вы что, забыли, кто вас сюды привёл?
– То-то и оно, что не забыли, как ты нас чуть в болота не завёл, – припомнил ему Кузя. – Скажи спасибо, что вообще тебя спать в одну из заброшек не отправили. Да и поздняк метаться. Мы уже всех застолбили.
– Вон Егор ещё ничего не сказал, – Кулёк быстро указал на Егора. – Значит, я блондиночку себе беру.
В Егоре почему-то тут же вспыхнула дикая ревность. Руки зачесались выбить Кульку последние зубы.
Кузя только громко рассмеялся:
– Да она тебе ни в жизнь не даст. Ты себя со стороны-то видел, чучело?
Егора от слов Кузи немного отпустило.
Кулёк надул щёки от злости. Несмотря на свою кажущуюся глупость, он всё же был довольно прозорлив и быстро смекнул, что шанс с блондинкой был только у Егора, так как она явно была не так слаба на передок, как её сёстры. Связываться с черноволосой означало навлечь на себя гнев Юрика и быть битым. Очень и очень сильно битым. Значит, оставалась только рыжеволосая.
– Значит, поборемся за веснушку, – с вызовом ответил он. – Она на меня тоже поглядывала. А у меня секса уже два месяца не было.
– Хуй тебе, а не веснушку! – Кузя показал ему кукиш. При этом его лицо просто скривило от злобы. – И не пизди про два месяца, у тебя секса вообще никогда не было.
– Тем более, – парировал Кулёк. – Раз ты у нас такой герой-любовник, значит, уступай её мне.
– Хочешь секса? – лицо Кузи побагровело. – Я у них коровник видел. Пиздуй туда. Все тёлки твои! – Он указал ладонью на дверь. – Я знаю, что ты большой любитель.






