Также отсутствовало одно из боковых окон. Видно было, что машина была старая и её использовали крайне редко. Хотя зачем ведьмам вообще был нужен трактор – оставалось непонятным. Самое главное, что колёса, хотя и были кое-где потрескавшиеся, но всё же воздух держали.
– Только там ключей нет, – добавил Кулёк. – Я всё обыскал и тута и в доме.
Егор и Юрец, ухмыльнувшись, переглянулись.
– Какие на хер ключи? – Юрец добродушно похлопал его по плечу. – Это же Беларус. Он с пускача заводится.
Пошурудив в кабине, он нашёл то, что искал – кусок промасленной бечёвки с узлом на конце – приспособление, известное среди трактористов как шнурок.
– Вот тебе и ключ, – он демонстративно помахал шнурком перед носом Кулька.
– Главное, чтобы мотор был в поряде, – добавил Егор.
Быстрыми и отлаженными движениями Егор снял трактор со скорости, потом откинул панель сбоку, проверил уровень масла, открыл вентиль на шланге с горючим, намотал шнурок на шестерёнку пускача и дёрнул. Двигатель недовольно буркнул и замолчал.
Егор выругался, затем «подрочил» педалькой подсоса горючего, опять намотал шнурок и дёрнул. Результат тот же.
– Дай я, – Юрик выступил вперёд.
– Я сам, – огрызнулся Егор.
Юрик спорить не стал. Егор всё равно в технике лучше, чем он разбирается.
Егор опять намотал шнурок и, пока никто не смотрел, погладил двигатель и прошептал:
– Ну же, милый, давай. Не подведи папу.
Егор дёрнул третий раз. Двигатель опять буркнул, но на этот раз бурчание сначала переросло в громкое урчание, а потом в громогласный рокот.
– Да, сука! Да! – Он победоносно ударил кулаком в воздух.
Остальные тоже чуть ли не прыгали от счастья.
– Ребзя, смотрите, что я нашёл, – сказал Кузя, после того как открутил крышку на большой пластиковой канистре и понюхал её содержимое. – Это бензин. Тут как раз хватит, чтобы всю баню спалить вместе с этими сучками.
Логика, несомненно, была на стороне Кузи, но у Егора опять перед глазами встал образ Оксаны. Нагой и от того ещё более беззащитной. С грустными глазами лани.
«Это всё ведьмовские чары» – опять повторил он, стараясь отогнать мысли о ведьме. – «Она явно меня заколдовала!» Несмотря на то что у него до сих пор яйца горели огнём от боли, он никак не мог заставить себя разозлиться на неё. Будь в бане только Аглая, он бы и глазом не моргнул, чтобы её спалить. Но Оксана… Он её даже в мыслях плохим словом обозвать не мог, не то что живьём сжечь. Но ведь, с другой стороны, если сейчас не убить оставшихся ведьм, кто может гарантировать, что они не выследят их потом? Жили-то они не в Москве, а тут рядом. Отсюда до их Волчьих Бродов всего должно быть километров сорок, не больше. Тут любого в округе спроси – все друг друга знают. И по-другому тоже никак.






