ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Был шеф-поваром, а стал Рыбаком с Легендарной Системой. Становиться сильнее через рыбалку и готовку? Легко! Узнай, как Шеф станет Легендой! Легендарный рыбак – 10 Сергей Шиленко, Ленивая Панда Был шеф-поваром, а стал Рыбаком с Легендарной Системой. Становиться сильнее через рыбалку и готовку? Легко! Узнай, как Шеф станет Легендой! Глава 1 Глава 1 За моей спиной гулко хлопнула дверь. Мальчишка замер на карачках посреди рассыпанной рыбы. Плечистый забыл закрыть рот. Магда выпрямилась и встретила мой взгляд. В её глазах стоял не испуг передо мной, а страх, что сейчас я устрою разнос и развалю всё, что она с боем выстроила за полдня. — Слушаем сюда, — сказал им негромко, и гул схлынул сам собой. Я обвёл ангар рукой. — Магда Тейн — старшая по разделке и производству. Её слова в ангаре равны моим личным распоряжениям. Кто хочет оспорить — подходит сейчас. Плечистый отступил на шаг, а его соседи разом заинтересовались своими ножами. — Так. Запоминаем. Дети у мелкой рыбы, и только под присмотром. У бочек и чанов не бегаем, поскользнулся — переломал хребет. Рыба, отходы и заготовки идут по разным корзинам, без самодеятельности. А за воровство, драку или опасную глупость вылетаете без второго предупреждения. Стая притихла. Кто-то из подростков сглотнул и спрятал руки за спину. Затем пацанва кинулась к корзинам, а мужики занялись делом, то и дело бросая настороженные взгляды. Магда подошла ко мне через пару минут, только когда в ангаре закипела работа. — Спасибо, господин Винтерскай. Не

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Освальд застегнул на ней плащ, после чего одёрнул собственный жилет с готовностью к королевскому приёму.

— Идём.

На улице вечер остужал камень. Освальд держался позади, по дворецкому канону. Элиза шла рядом и снова мяла в кулаке кошелёк.

— Мама любила Террасу, — тихо начала она. — Водила меня туда в детстве. Иногда приносила свечу.

— А свечу зачем?

— Мама считала, что звёздный свет помогает не только в культивации. И голову проясняет. У неё была своя поговорка: «Со звёздами поговоришь — сама себе ответишь».

Элиза улыбнулась поговорке и опустила взгляд на брусчатку. Спокойствие давалось ей с усилием, и я это видел.

У входа Освальд сунул служителю серебряную монету, и тяжёлая решётка пропустила нас внутрь.

Терраса встретила приглушёнными разговорами. Богатые семьи теснились у парапета, практики занимали смотровые тумбы, парочки выбирали тёмные углы. У торговца свечами Элиза купила длинную свечу медового воска, потянулась к поясу и замерла.

— Артефакт розжига дома забыла, — выдохнула она.

Я мысленно потянулся к Пламени Фиолетовой Бездны, но тут вспомнил, что есть средство попроще. Мысленным усилием коснулся перстня, и из пространства выпало магическое огниво.

Чирк — рыжий огонёк лизнул фитиль. Свеча приняла его и устояла на ветру.

— Спасибо.

— Идём к парапету.

Мы не успели сделать и двух шагов, когда за спиной прозвучал медовый голос:

— Лиза, дорогая, какая встреча.

Я обернулся.

Из кучки разодетых девиц вынырнула худенькая ровесница Элизы. Подбородок у неё шёл впереди хозяйки, а улыбка была такой заботливой, что ею впору было кого-нибудь прирезать. За спинами девиц переминались слуги с лаковыми коробами; на рукавах у них поблёскивал герб Клейнов.

— Слышала, у твоего отца совсем плохо с деньгами, — продолжила она. — Тебе уже подобрали старика мужа, или ещё перебираете варианты? Кто побольше заплатит?

Одна из подруг хихикнула, будто по команде.

Элиза не дрогнула.

— Корделия, — сказала она тихо и твёрдо, — в нашем доме дочерей не продают. В отличие от некоторых семей. А подобные слухи позорят тех, кто их разносит.

Корделия моргнула, и улыбка у неё осыпалась. Но она была не из тех, кто отступает с первой попытки.

— Какой пафос для девочки в перешитом платье, — выдохнула она. — Папина контора ведь ещё вчера почти ушла Клейнам…

Я выступил вперёд и отрезал её на полуслове.

— Представлюсь. Ив Винтерскай, старший партнёр Дайлов и владелец торгового дома Винтерскай. Долги семьи Дайл закрыты, расписка у меня в перстне. Любые дальнейшие слухи об этой семье я приму как личное оскорбление моего дома. Это понятно?

Корделия открыла рот и тут же захлопнула.

— Пойдём, — буркнула одна из спутниц девчонки и потянула её за рукав. — Тут больше нечем дышать.