Из ее полуоткрытого рта текли слюни, в полуоткрытых глазах, отражая костер, жутковато поблескивали языки пламени. – Какая мерзость! – с удовольствием пробормотал проводник. Заботы Максима Сергеевича о Когнате пропали даром: утром Константин, приковылявший будить девочку к завтраку, обнаружил, что она сползла с пенки и спала, свесив с брони сразу и руку, и голову, и ногу. – М-да, – не выдержал и проворчал Максим Сергеевич, критически оценивая Когнатин внешний вид и то, как она, выглядевшая злой спросонья, ест и вытирает губы то об одно, то об другое плечо. – Ладно, скоро деревня, а то бы она у нас за еще один день черт знает во что бы превратилась. – Будто вы девочек в Зеркало первый раз доставляете, – сказал Константин, чувствуя, что не выглядит злым, а злой и есть из-за сна на земле, где как бы он ни перекладывался, а все какой-нибудь корень упирался ему то в бок, то в спину. – Пусть мы про расческу не подумали в МГБ, но вы-то. Вы почти… как это… воспитательница и нянечка. Максим Сергеевич и глазом не моргнул на шутку Константина. – Не поверишь, но таких шальных ни разу не попадалось. Обычно рядом идут и боятся. А тут какая-то дикая тварь из дикого леса, честное слово. – Ты сам то есть, что ты вот только что сказал, – мрачно отозвалась Когната. – И ты тоже что-то невеселый сегодня, – обратил проводник внимание на Константина, когда тот злорадно хмыкнул, услышав ответ Когнаты. – На совете дружины хотят пропесочить? Максим Сергеевич скорее всего видел, как Константин читал письмо от начальства. Константин так на него посмотрел, что Максим Сергеевич шутливо забоялся: – Ой-ой. Но, когда ты зыркаешь, правда думаю, что мы где-то встречались. – Опасаетесь, что вспомню? – злорадно полюбопытствовал Константин. – Натворили чего-то? – Скрывать не буду – натворил. И немало. Иногда прямо удивляюсь, что на воле до сих пор. Порой, опять же, удивляюсь, что живой все еще. «Тут мы все, за исключением танка Вадика, да и то неизвестно, можем этому удивляться», – подумал Константин. – А я не удивляюсь, – угадал Костину мысль танк и покатался туда-сюда, демонстрируя быстроту и ловкость. – Нас, машин, трудно убить окончательно. – Кто-нибудь, если он меня убить попробует, – заявила Когната, – тоже затруднение испытает. – Не сомневаюсь, – сказал Максим Сергеевич, подсаживая ее на броню. – Тебя, наверно, так же трудно убить, как накормить до отвала. – Да, – подтвердила Когната серьезно. Они осторожно ехали на Вадике среди деревьев, но к полудню лес для него стал совсем непроходимым, еловым, и только и было куда сунуться, так это на тропинку, вытоптанную по хвое. – Ну вот, – сказал Вадик, – дальше давайте сами. Низкий поклон деревенским. Я тут недавно видел пацанву всякую, за грибами они в эту часть ходили.

Об этой истории
Алексей Сальников (р. 1978) – автор романов «Петровы в гриппе и вокруг него», «Отдел», «Опосредованно» и «Оккульттрегер», а также нескольких поэтических сборников. Лауреат премий «Большая книга» и «Национальный бестселлер», финалист премии «НОС». «Когната» – новая книга Алексея Сальникова о людях и драконах. ... Константин Константинович Константинов скучает на бумажной работе в органах госбезопасности. Внезапно он получает важное задание: доставить драконью девочку Когнату в драконью империю. Константин не так-то прост: он ветеран боевых действий, но непроста и юная дракониха – она настоящая аристократка. Их встреча может изменить как мир людей, так и мир драконов – только об этом пока что никто не подозревает.
История продолжается: другие книги





