ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ладу похищают, везут в лес и бросают на растерзание медведю. Но зверь не трогает её — а вместо него появляется Ратмир Лесовский, властный хозяин запретной территории и судья в тайном мире, где люди оборачиваются хищниками. Он уверен, что девушка — провокация врагов, подосланная спровоцировать его в полнолуние. Лада клянётся, что невиновна, и неведомо как произносит древнюю клятву, вручая ему свою судьбу. Теперь она объявлена его личной помощницей — заложницей под защитой, которую никто не осмелится тронуть. Но враги уже стучатся в двери, требуя выдать её, а полнолуние в следующий раз не промахнётся.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А прихожу в себя я… от пощёчин!

Чувствительных похлопываний по щекам! Человеческими ладонями!

Кожу ещё и щиплет, наверное, лицо тоже всё в ссадинах.

– Да приходи же ты в себя! – яростный, низкий, вибрирующий от злости голос.

С трудом открываю глаза и сначала не могу сфокусировать взгляд.

А потом… когда вижу человека, сидящего передо мной на корточках, от облегчения, что это –человек! – бросаюсь ему на шею!

– Помогите… пожалуйста! Помогите… Где он?! – отрываюсь от незнакомца, явно ошарашенного вторжением в его личное пространство.

– Кто? – в сдавленном голосе не растерянность, нет, скорее злость и какая-то досада…

– М-мед-дведь! – отвечаю, заикаясь.

Насмешливый хмык.

– Ты бы ещё погромче визжала, – грубое замечание.

– А в-вы… что… т-тут…

Отрываюсь от крепкой шеи…

И растерянно хлопаю глазами.

На незнакомце обтягивающая тёмная футболка и штаны хаки – или что-то похожее, в темноте не разглядеть. Как ему не холодно?! Грудь, плечи, руки – всё бугрится такими мышцами, словно он только что вышел из качалки.

А потом я поднимаю глаза на лицо…

И, сглотнув, подаюсь назад.

Кажется… кажется, я угодила из лап одного хищника прямо в руки другому.

И большой вопрос, кто из них опаснее…

– Вставай! – звучит резкий приказ.

Глава четвёртая

Глава четвёртая

Лада

Рубленые черты лица, жёсткий взгляд словно посвёркивающих в темноте глаз… И шрам через бровь, задевающий и скулу, небольшой, но заметный.

В его голосе слышна такая привычка повелевать – и уверенность, что любой должен исполнять приказание немедленно – что я непроизвольно дёргаюсь, пытаясь подняться.

Но стоит мне привстать, как ногу пронзает резкая боль, и я со вскриком шлёпаюсь обратно, ещё и приложившись задом о какую-то ветку.

– П-простите, – всхлипываю невольно и вижу, как мужчина морщится.

Одновременно с этим замечаю, как у него раздуваются ноздри, словно он почувствовал неприятный запах…

Глупо переживать из-за такой ерунды, особенно в эту минуту, но мне становится обидно.

Ну извините, если я вспотела! Мне так-то пришлось ехать связанной чёрт знает сколько времени в какой-то машине, и по лесу я шла, а потом и бежала… Да, меня же ещё и опрыскивали какой-то дрянью!

– Либо ты встанешь прямо сейчас, либо оставайся здесь, – он поднимается с корточек, возвышаясь надо мной.

– Я ногу повредила, – снова всхлипываю. – Я же не виновата…

– Ты виновата в том, что оказалась здесь! – низкий голос с рычащими нотками заставляет дрожать от страха, то ли перед этим мужчиной, то ли перед тем, что… он действительно может меня бросить здесь, и тогда мне точно не поздоровится.

– Я не специально, – кое-как, повозившись на земле и окончательно измазав в грязи всю одежду, встаю.