– Я не знаю, кто вы! Я не знаю, кто и зачем привёз меня сюда и бросил! Я не знаю! Клянусь вам чем хотите!
– Вот как, – он снисходительно, даже немного презрительно усмехается. – Клянёшься, значит? Ну, давай, клянись. Родовую клятву дашь – может и поверю!
Да какая, провалиться ему, клятва?! Что за средневековье?!
Вот только изнутри меня поднимается какая-то горячая волна, и я неведомо какими силами вскакиваю на ноги, забыв про ноющую лодыжку.
Смутное, размытое детское воспоминание…
И я, не успев сообразить, что именно собираюсь сказать, произношу твёрдо, глядя прямо в глаза мужчине напротив
– Я, Ладена, клянусь своим именем и родом, что говорю правду, и вручаю тебе…
Откуда-то всплывает убеждение, что мне сейчас нужно произнести имя того, кому я клянусь.
«Без имени нельзя!» – шёпот в голове.
И мужчина, глядящий на меня широко раскрытыми глазами, тоже явно знает это, потому что неверяще выдыхает:
– Ратмир…
– …вручаю тебе, Ратмир, свою жизнь и судьбу… – договариваю растерянно.
Тот яркий источник тепла, который концентрировался в моём солнечном сплетении, как будто медленно гаснет.
Я снова ощущаю холод вечернего воздуха и обхватываю себя руками за плечи, покрывшиеся мурашками. Вздрагиваю, словно очнувшись от какого-то странного сна.
Что это я, в самом деле?
Какой-то дурацкий разговор. Детская клятва, как в сказке.
Глупости!
– Простите, э-э-э… Ратмир, – произношу тихо. – Я… сама от себя не ожидала, – вздыхаю, собираясь сказать ещё что-то, хотя сама ещё не представляю, что именно, но тут поднимаю глаза на мужчину и невольно вскрикиваю.
Он выглядит так, словно испытывает какую-то жуткую боль!
Руки стиснуты в кулаки. Губы изогнуты в гримасе, верхняя приподнята, обнажая практически звериный оскал, зубы крепко сжаты. Громкое тяжёлое хриплое дыхание.
Бешеный взгляд светло-карих, кажущихся почти жёлтыми в неверном вечернем освещении глаз, останавливается на мне, и я невольно прижимаюсь к перилам спиной.
Секунда… другая…
Мы смотрим друг другу прямо в глаза, не отрываясь, и только спустя несколько мгновений я чувствую, как накалённая атмосфера между нами внезапно разряжается.
Словно после полыхнувшей молнии ударил гром, и всё встало на свои места.
Ратмир выпрямляется, напряжение уходит из его позы и взгляда, лицо снова приобретает равнодушное выражение.
– Ты не только лгунья, ты ещё и идиотка, – цедит сквозь зубы. – Сама подставилась. На что рассчитывала, спрашивается? У меня нет и не может быть истинной.
– Что? – озадаченно хмурюсь. – Какой ещё…
– Хватит, – он прерывает меня взмахом руки. – Меня это утомило. Иди за мной.
Поднимается по ступеням, не делая ни малейшей попытки приблизиться ко мне или помочь, просто ждёт, пока я, снова почувствовав боль в ноге, кое-как, цепляясь за перила, влезу следом.






