ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Инига Снежна считает нормальным работать в Городе, разделенном на сексуальные зоны, – Логан Эвертон испытывает отвращение ко всем, кто приезжает туда за телесными утехами. Она не стыдится работать с голой грудью – его подобная распущенность заставляет негодовать. Она верит, что вокруг нее нет разврата, – лишь свобода быть собой. Он презирает всех, кто думает гениталиями вместо головы. Она – официантка. Он – программист. Они встретятся там, где она свободна и весела, а он холоден и полон презрения. Вместе они – идеальная пара. Однако на пути к счастью их ждут сложные преграды в виде понятий «хорошо» и «плохо», которые, оказывается, вовсе не так однозначны.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как раз в духе «Я-знаю-все-лучше-всех» Дамиена-Ферно. Эвертон большего и не ждал. И потому удивился, когда увидел на экране новую строку:

«Любовь – это энергия. А любая энергия имеет различные свойства, включая цвет. Оттенков миллиарды. Но, если подобрать друг другу два идентичных, то можно наблюдать красивую историю любви».

Удивился многословию, хмыкнул, понял, что ему со своим «кодом» еще расти и расти. Напечатал:

«Спасибо, что ты вообще создал этот сервис».

«Почему? Кажется, ты не хотел его использовать».

«Его использовала моя вторая половина. И нашла меня сама».

Долгая – в целую минуту – пауза. Затем текст:

«Рад за тебя. Очень».

А после приписка:

«Слушай, не так давно с компьютера некого Энтони Кокса была проведена хакерская атака по серверам Комиссии. Не думаю, что он сам был способен на такое. Ты ничего об этом не знаешь?»

Логан покрылся пятнами. Его Начальник всегда и обо все знал наперед. Не додумывал, не подозревал – ЗНАЛ. И, спрашивая такое, он спрашивал вовсе не о том, о чем написал на экране, – он задавал другой вопрос: «Друг, думаешь, было правильным такое делать?»

Эвертону стало жарко. Писать ложь не имело смысла – она бы плеснула дегтя в бочку с тем, что уже медом не являлось. И потому он затравленно молчал.

«Теперь ведь придется кого-то другого искать на роль управляющего, а?»

Дрейк, как будто и не ждал ответа.

Логан осторожно набрал в окне:

«Посади на его место кого-нибудь менее жадного».

Очередная пауза. Логан-«нашкодивший-пацан» – вот, как он ощущал себя, ожидая вердикта Начальника. Десять секунд, двадцать, тридцать. Дрейк умел вытянуть из человека жилы.

«Ну, раз ты так говоришь…» – высветилось, наконец, и Эвертон шумно выдохнул. Создатель, помоги – какое облегчение. Кажется, он только что прогулялся голыми ступнями по лезвию бритвы и умудрился не порезать ноги.

«Отдыхай там. Еще раз – рад за тебя. За вас».

И Дрейк мысленно отключился – Логан ощутил это шестым чувством. Ощутил, еще раз шумно выдохнул, откинулся в кресле и расплылся в улыбке, как внучок, которого только что погладила по голове суровая бабушка-судьба. Потрепала без нотаций, без нудных лекций о морали и без ущерба здоровью – можно сказать, ласково потрепала.

– Ужинать! – донеслось откуда-то снизу. – Все ужинать!

О, да. Сегодня он перепробует все сорта виски этого Свена. И, может быть, парочку из них привезет в подарок Халку. А еще сегодня ночью он будет держать в своих объятьях самую лучшую девушку Уровней – ту самую, которая за него в огонь и в воду. Ту, за которую он готов на все – даже на прогулку голыми пятками по лезвию бритвы снова и снова. Потому что она того стоила.

И она была права: он был не один. Он был с ней. Любим. И любил.

Конец.

Послесловие:

Послесловие:

Дорогие мои и любимые! Это конец очередного романа.