Оно отлично подходило к ее голубому брючному костюму и аметистовому ожерелью в вырезе элегантного пиджака. Тогда как Роза оделась в стиле своего мира: в длинное приталенное платье с широкими рукавами, украшенное изысканной вышивкой и шнуровкой, и даже приколола на высокую прическу белую вуаль. Иными словами, дамы выглядели как выходцы из двух разных эпох и экономических укладов — каковыми и являлись.
А вот их окружение и вовсе ни с чем не вязалось! Элегантная белая беседка на воде была сплошь заставлена столами, столиками и высокими шкафами, набитыми пухлыми томами, переплетенными в кожу, свитками, стопками бумаг и даже глиняными табличками — причем, повинуясь жестам и словам богинь, то и дело какие-нибудь тома или целые шкафы исчезали, чтобы вместо них возникли новые.
Между богинями шел юридический спор!
— В данном случае приоритет у заклятья, которое было наложено первым! — чеканила Ирис, для наглядности шлепая ладонью по пухлому тому, переплетенному в кожу. — Это ясно определено событиями в Мире Червя в восемьсот пятьдесят девятом году Третьей Эпохи!
— Вы переводите все на прецедентное право, тогда как мой мир подчиняется праву законодательному! — Роза встряхнула одним-единственным листом пергамента, сверху витиевато подписанном «Хартия». — И в данном случае все равно основное значение имеют реалии «на земле»! Если фигурант сумел что-то сделать с божественным благословением, но без божественной помощи — достижение остается за ним! Свобода воли, милочка!
— Вы слишком много себе позволяете… милочка! — Ирис сощурила такие же аметистовые, как ее ожерелье, глаза. — Заклятье было создано с помощью любовных чар, я самолично его визировала — и вот ваш Избранник берет и переключает его на себя! Тогда как фигурантка не испытывает к нему ни малейших чувств, даже ненавидит! Вот это — точно не по правилам! Любовное заклятье — это любовное заклятье, пусть даже это больная любовь!
— Именно! Это была больная, извращенная любовь — и вы смеете ее отстаивать⁈
— Ха! В отличие от всякихрозовеньких пышечек, я не шарахаюсь от тех сторон моих обязанностей, которые мне лично, может быть, неприятны! Любовь, знаете ли, бывает всякой!
Губы Розы сами собой сжались в тонкую ниточку. Это она-топышечка ⁈ Она-то⁈ Да у нее ни грамма лишнего жира! Она же богиня — следит за этим, как-никак! А там, где жир есть, он не лишний — вот совсем! И будут тут всякие воблы сушеные…
К счастью, Роза сдержалась и не произнесла этого вслух — не попалась на провокацию. Когда пошли нападки на внешность оппонента, продуктивного обсуждения уж точно не будет.
— Вы забываетесь, — ледяным тоном сказала Роза.






