По смутным намекам Любви я так понял, что бог — это должность, на которую ставят определенные сущности. Может ли так быть, что это просто люди в одном из своих перерождений? Может ли быть, что мой отец каким-то образом стал здешним богом Воды⁈
Но… если это он, почему он меня не узнал? Если боги в прошлых жизнях были людьми, но не сохранили об этих жизнях память, то откуда у него этот облик?
Или он все-таки узнал меня, просто не имеет права показать виду? Или сердит за что-то — видит Творец, было, за что!
Вот, кстати, Творец. Любовь без всяких экивоков сказала — люди из «миров Творца» после смерти сразу направляются на Страшный суд. Что-то тут очень сильно не сходится!
— Ладно, Вяз, — нахмурился Фойт. — Я не полный идиот, чтобы спорить с богом Воды… Но сначала мы с вами сходим в его храм и четко проясним, что к чему!
— Да, давайте сходим! — от всей души согласился я. — Мне тоже ужасно интересно.
…Ближайший храм Воды находился не в замке Фойта, а в Имлесте — в городском Пантеоне имелся алтарь бога Воды и служило несколько его жрецов и жриц. Главной у них оказалась пожилая жрица, очень спокойная и невозмутимая. Услышав наш сбивчивый рассказ, она немного подумала и сказала:
— Что ж, бог Воды явил вам чудо. Такое редко случается, но все же иногда бывает. Последний раз было, когда богиня Огня так же явилась магам-артефакторчикам, работающим на Даринском хребте, чтобы предотвратить катастрофу. Это случилось около семидесяти лет назад. Вы, похоже, тоже были в шаге от катастрофы, которой не заметили — катастрофы не для вас, а для окружающего мира. Богу Воды пришлось вмешаться лично. Странно только, что он не запретил вам строить ваши сооружения, а принес правильные чертежи! Обычно боги так не утруждают себя ради смертных.
— Везунчик вы, Вяз, — буркнул Фойт. — Ну что ж, выхода нет, придется начинать строительство!
Я же себя везунчиком не ощущал. У меня вдруг появилось чувство, что мой переезд в этот мир вдруг оказался частью масштабного и непонятного для меня плана, который волей-неволей, а придется исполнять!
И еще вспомнил, как говорил девчонкам: мол, папа, конечно, ругался бы на меня, но обязательно переделал бы мои чертежи — в сто раз лучше, чем я сам мог бы!
История с богом Воды не давала мне покоя немало дней — когда было время о ней вспоминать. Я сам себя удивил, не рассказав ее детали женам и Габриэлю. Планировал рассказать — и в результате ограничился только известием о том, что к нам явился бог Воды с полным проектом. Да, вот такое чудо. Нет, я не знаю, за что нам такая честь — сам в охренении! Может, Любовь по большой любви попросила помочь?
О том, что бог походил на моего отца — и что его проект очень походил на тот, который мог бы рассчитать папа! — не обмолвился ни словом. Никому, даже Рагне.






