— Так нам запротоколировать ваши показания нужно, — произнес Колосов, быстро выудив из сумки стопку документов и ручку, демонстративно приложив один из листов к стене, что-то черкнул для видимости и нахмурился, — Вот зараза, на весу не пишет.
Потряс в воздухе. Ещё раз приложил к бумаге и вновь чертыхнулся.
— Ладно, — сквозь зубы процедила Семёнова и сняла цепочку, — Проходите, только обувь снимите, а то грязи нанесёте. Нечего мне пол топтать. Только утром помыла. Принесла вас нелёг…
Договорить женщина не успела, потому как узрела за спинами следователей мою скромную фигуру, которая стремительно влетела в квартиру.
— Что вы тут делаете? — воскликнула она испуганно и икнула, вытаращив глаза и отчаянно хватая ртом воздух, явно растеряв все слова, которые хотела произнести.
— Пришли прояснить, кто надоумил вас оболгать меня и обвинить в краже, которую я не совершал, — произнёс зловеще, делая шаг вперёд.
— Господа следователи, что же это такое делается? Зачем вы привели с собой этого ирода? Он же меня сейчас убьёт! Вы только посмотрите на его бандитскую рожу.
— Успокойтесь, уважаемая, что вы так нервничаете?
— Он… он… он… — стала пятиться от меня Алла Степановна, я же, наоборот, начал на неё наступать, специально нахмурив брови и состроив зверское лицо.
Не знаю, как это смотрелось со стороны, но тётка впечатлилась.
Побелела как полотно, стараясь отодвинуться как можно дальше, но упёрлась спиной в стену и затрясла головой.
— А-аааа-а-ааа! — послышался истошный вопль, — Убивают!
— Молчать! — резко рявкнул Гранатов, и как не удивительно, это подействовало.
Семёнова мгновенно замолчала, уставившись на меня безумным, до одури напуганным взглядом.
А вот нечего было злом отвечать на добро. Поделом гадине. Пусть трясётся от страха, уроком будет. Главное — чтобы инфаркт не схлопотала. Всё же убивать женщину я не собирался. Проучить — да, но…
— Что же это вы, Алла Степановна, напраслину на меня наводите? Нехорошо, очень нехорошо поступаете, — прошептал вкрадчиво, прищурив глаза и приблизившись практически вплотную к её лицу, — Вы же знаете кто я такой. Неужели думали, что ваша выхода останется без ответа? — я практически шипел, наводя на Аллу ещё больший ужас, — После того, как я спас вам жизнь… Вместо благодарности получил нож в спину… Так знайте. Месть моя будет страшна. Вместо одного призрака, который тянул из вас жизнь, я подсажу трёх, нет… — сделал театральную паузу, — четырёх. Пожалуй, так будет лучше. Поверьте, долго мучиться не придётся. Я же не какой-нибудь садист или изверг. Смерть будет легкой и быстрой.
Пока я говорил, краем глаза смотрел на Дмитрия с Анатолием, которые едва сдерживали смех, ещё немного и заржут как кони.






