ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Алексей Кромешник умеет ходить между мирами — и это его проклятие, а не дар. На грани реальности, в мёртвом пространстве Кромки, он вынужден лечить оборотней, иначе те превратятся в безумных зверей. Н... Кромешник Dominik Wismurt Алексей Кромешник умеет ходить между мирами — и это его проклятие, а не дар. На грани реальности, в мёртвом пространстве Кромки, он вынужден лечить оборотней, иначе те превратятся в безумных зверей. Но сейчас опаснее не голодные волколаки: вампиры вышли на охоту за древним артефактом, а подруга Алексея по глупости связала с ними кровавый контракт. Чтобы вырвать её из лап вурдалака, Кромешнику придётся заключить союз с полубезумным Верховным волколаком — тем самым, что ещё вчера пытался его сожрать. Ведь на Кромке нет друзей, есть только те, кому ты ещё нужен живым. Глава 1 — Ну, Каркуша, бестия пернатая, удружила, нечего сказать, — выругался я, оглядывая местность, куда наша троица вывалилась из открытого портала, созданного вороной. Судя по ощущениям, в реальный мир мы не вернулись, а оказались, на другом конце Кромки. — Кар! — натужно выкрикнула птица и тяжело опустилась на моё плечо. — Нечего прикидываться, — проворчал недовольно, — Ты свои силы практически не расходовала, из меня тянула, поэтому не изображай тут мученицу. — Кар! — возмущенно воскликнула Каркуша и взмыла в воздух, заехав крылом мне по носу. — Вот ведь, зараза. — Где мы? — закрутил лобастой башкой Фрол. — Всё там же? — в ответ бросил другу Микола и посмотрел на меня, — Не так ли, К

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не хватало ещё чтобы она начала беспокоиться.

— Как это не важно? — в голосе Марты проскользнуло беспокойство.

— А вот так…

— То есть, ты нам ничего не расскажешь?

За разговорами не заметили, как дошли до моего дома.

— Не сегодня, дорогие мои ведьмочки. Устал, как собака, если хотите что-то выяснить, приходите завтра. Поведаю всё без утайки, — и посмотрел на них честными-пречестными глазами, вызвав едва заметную ухмылку на лице Усудца.

Алена с Пелагеей что-то проворчали себе под нос, и пожелав хорошего отдыха, отправились прочь. Наузница задержалась, и вскинув брови, требовательно уставилась на Усимцева.

— Ну, ладно, ладно. Пойду погуляю, — проворчал мой временный сосед по дому, — Не буду мешать.

Как только за мной и Мартой закрылась дверь, и мы оказались в темноте коридора, притянул женщину к себе и заглянул в глаза.

— Как ты себя чувствуешь?

Ведьма пожала плечами.

— Для той, кто скоро умрёт, вполне нормально.

— Тц-цц, — цокнул недовольно, — Глупости, я этого не допущу.

— Алексей, я не хочу, чтобы ты влезал в это. Пусть будет так — как будет.

Покачал головой.

— Всё, никаких разговоров. Оставим решение проблем на завтра, — прошептал я, запутавшись ладонью в длинных, шелковистых волосах женщины, которая призывно льнула к моему телу и прикоснулся к алым губам, вдыхая манящий запах лесных ягод и мяты, исходивший от ведьмы.

Проснулся рано, повернул голову, рассматривая спящую на моем плече женщину.

С каждым днем Марта нравилась мне всё больше и больше. Даже несмотря на темные круги под глазами, осунувшееся лицо и две маленькие морщинки между бровями, которых, к слову, совсем недавно ещё не было, ведьма выглядела чертовски привлекательно.

Осторожно, чтобы не разбудить спящую женщину, выбрался из-под одеяла, оделся и на носочках направился в сторону кухни.

— А вот и хозяин, наконец, пожаловал! — с укоризной посмотрев на меня, воскликнул Кузьма, тем самым заставляя подпрыгнуть на месте.

— А ну, тихо! Марта спит.

— Эх, опять ты об этой ведьме. Зачем ты её в наш дом таскаешь? Одни беды от неё.

— Помолчи, — произнёс грозно, — Не тебе решать, кого привечать в моём доме.

Домовой нахмурил кустистые брови. Обиженно засопел.

— Помяни моё слово, доведёт она тебя до гроба. Ой, доведёт.

— Типун тебе на язык, Кузьма.

В это время в мою сторону метнулась тёмная тень и тут же запрыгнула на руки, начав тереться головой о мою грудь.

— Привет, Фиса, — почесал нежить за ухом.

— Видишь, как нужно встречать хозяина, — указал домовому на нежить.

Кузьма выронил из рук половник, и распахнув глаза, уставился на меня немигающим взглядом.

— Эт-то что? — заикаясь произнес он, — Алексей, ты хочешь, чтобы я тоже запрыгнул к тебе на руки… — домовой яростно потряс головой.